Добро пожаловать на игру "Fantastic Beasts: Obscurial".
Действие игры происходит в континентальной Европе и в игре сейчас январь 1927 года.

Бавария пала под натиском Гриндевальда. Для противостояния его армии создаётся МРАК - Международная Разведывательная Аврорская Коалиция. Её передовому отряду необходимо помешать намерениям Геллерта захватить Дары Смерти. Один из даров хранится в Хогвартсе, другим владеет Грегорович, а третий по воле случая оказывается в руках Ньюта Скамандера.
    Maria Caragiale Alfred Battlefield Solveig Heiland
❖ Сюжет
❖ Правила
❖ Шаблон анкеты
❖ Занятые внешности
❖ Список персонажей
❖ Акция: Lumos
❖ Акция: Nox
❖ Акция: Protego
❖ Акция: Depulso
❖ Акция: Accio

❖ 

NOTHING CAN MAKE INJUSTICE JUST BUT THE MERCY
квест готовится к закрытию
 

❖ 

ТЕМНОТА НЕОТСЮДА У НИХ В ОЧАХ
Maria Caragiale [до 27.08]
 

❖ 

А КОМУ И ВЕДАТЬ, КАК ПАХНЕТ СМЕРТЬ, КАК НЕ МНЕ
Adam Daniels [до 20.08]

Fantastic Beasts: Obscurial

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fantastic Beasts: Obscurial » Стандартная книга заклинаний » ❖ Accio | Нужные персонажи


❖ Accio | Нужные персонажи

Сообщений 1 страница 15 из 15

1


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ИМЯ И ФАМИЛИЯ РАЗЫСКИВАЕМОГО
ТАКОЙ-ТО И ТАКОЙ-ТОРАЗЫСКИВАЕТ ДРУГА/ВРАГА/ЛЮБОВЬ ВСЕЙ ЖИЗНИ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://78.media.tumblr.com/baf64f16dec7cd70eeceaac1f08c72b8/tumblr_p8dfwmvnHK1xoammgo1_500.gif


прототип


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ваш текст

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ваш текст

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ваш текст

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

пост для примера игры.

❖ СВЯЗЬ

Код:
[quote][align=center]
[color=#747474][size=8]------------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align][align=center][color=#008080][size=19]
[font=Georgia]ИМЯ И ФАМИЛИЯ РАЗЫСКИВАЕМОГО[/font][/size][/color][/align][align=center][font=Georgia][color=#546363]ТАКОЙ-ТО И ТАКОЙ-ТО[/color][/font][/align][align=center][font=Georgia][color=#798b89]РАЗЫСКИВАЕТ ДРУГА/ВРАГА/ЛЮБОВЬ ВСЕЙ ЖИЗНИ[/color][/font][/align][align=center][color=#747474][size=8]------------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align]

[align=center][img]ссылка на изображение[/img]
[/align]
[u][/u]
[align=center][i]прототип[/i]
[/align][/quote]

[spoiler="[align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color] 
[color=#008080][size=14] [font=Georgia]О ТЕБЕ[/font][/size][/color][/align][font=Georgia][color=#546363][align=center]ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖА[/align][/color][/font][align=center][font=Georgia][color=#798b89]В КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ[/align][/color][/font][align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align]"]Ваш текст
[/spoiler]


[spoiler="[align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color]
[color=#008080][size=14] [font=Georgia]О НАС[/font][/size][/color][/align][font=Georgia][color=#546363][align=center]ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВА[/color][/font][/align][align=center][font=Georgia][color=#798b89]И НАШИХ ОТНОШЕНИЙ[/color][/font][/align][align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align]"]Ваш текст[/spoiler]


[spoiler="[align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color] 
[color=#008080][size=14] [font=Georgia]P.S.[/font][/size][/color][/align][align=center][font=Georgia][color=#546363]ПЛАНЫ НА ИГРУ[/color][/font][/align][align=center][font=Georgia][color=#798b89]И ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ[/color][/font][/align][align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align]"]Ваш текст[/spoiler]


[spoiler="[align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color] 
[color=#008080][size=14] [font=Georgia]ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ[/font][/size][/color][/align][align=center][font=Georgia][color=#546363]КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯ[/color][/font][/align][align=center][font=Georgia][color=#798b89]И КАК МЕНЯ УЗНАТЬ[/color][/font][/align][align=center][color=#747474][size=8]--------------------------------------------------------------------------------------------------------[/size][/color][/align]"][b]❖ ПОСТ[/b]
[spoiler="+++"]пост для примера игры.[/spoiler]

[b]❖ СВЯЗЬ[/b][/spoiler]

0

2

------------------------------------------------------------------------------------------------------------ Серена Блэквуд Натаниэль БланкоТрепетно жду тебя, красавица, для реализации непростых отношений: друзья-враги-любовники------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s8.uploads.ru/t/7s6yV.gif
http://s7.uploads.ru/t/DZ9QG.gif

Блейк Лайвли или Ана ли Армас

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Итак, дорогая Серена. Ты полностью оправдываешь свое имя, улыбчивая, обаятельная, начитанная, ты прекрасно ведёшь себя в обществе и за его пределами. Наедине ты нравишься мне даже больше, потому что когда светский налёт соскальзывает с тебя, словно шёлковое платье, в тебе сразу проявляется исконная резкость и страсть, которую ты обычно маскируешь жеманными улыбочками.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Наши отношения начались недавно (не далее трёх месяцев), но уже осложнены серьезной проблемой - мы по разные стороны баррикад. Насколько ты предана Гриндевальду, я оставляю на твое усмотрение, но ты регулярно "сливаешь" информацию о работе штаба Геллерта мне. Из-за этого мое отношение весьма двойственное: с одной стороны, ты помогаешь МРАКу, с другой - продолжаешь поддерживать идеи Гриндевальда, поэтому доверия между нами нет.
В целом в биографии и характере я тебя не ограничиваю, но совершенно точно я не хочу получить на блюдечке расчетливую стерву. Хотелось бы увидеть внутренний конфликт и возможность развития отношений в разных плоскостях.
.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Да-да, я жажду осложненной по все фронтам любовной линии, помимо противоборствующих сторон, хронического флирта со всеми окружающими девушками и невзаимной влюбленности в коллегу, я ещё недавно употребил зелье сомнительного свойства, которое спровоцировало эмоциональную атрафию, которую пытаюсь побороть максимально яркими впечатлениями.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Дурацкая была идея. Причем до конца не ясно, что привело к столь фатальному результату: тщеславие, самонадеянность или банальная, но феерическая глупость.
Натаниэль Бланко, мнивший себя если не гениальным, то определенно талантливым, отчего-то решил, что сможет подчинить дракона. Да-да, ту самую зловредную ящерицу, падкую на селянский скот и нечаянных путников.
План был прост и изящен: отпроситься у Крама на пару недель, трансгрессировать в Румынию, найти там гнездящуюся самку, спереть у нее яйцо, дождаться вылупления детёныша и вживить управляющий артефакт. Вуаля.
В общем-то, до стадии изъятия все шло ровно по плану. В уединенной местности нашлась "икряная" самка, а в получасе ходьбы до нее заброшенная хижина. Собственно, в ней Бланко и пытался не отдать концы последние два дня. Но обо всем по порядку.
Три дня артефактор честно посвятил наблюдениям, выходило, что крылатая скотина желала жрать ежедневно, отлучаясь минимум на пару часов. По всем расчетам мужчине должно было хватить и пятнадцати минут. Увы, стоило Натаниэлю протянуть загребущие рученьки к яйцу, как выяснился первый просчет: внешне компактное яйцо весило, словно годовалый теленок. Когда мужчина попытался схватить махину, он едва не надорвался и выронил ценную ношу на усыпанную скалистыми обломками землю. По яйцу зазмеилась трещина, а из него - отвратительный звенящий визг. Тут Бланко бы бросить идиотскую затею и валить пока при памяти, но он отчего-то решил, что утащить необременного скорлупой драконыша будет проще, чем яйцо. Пару раз беззастенчиво саданув тяжёлым ботинком по яйцу, мужчина высвободил добычу и уже собирался апатировать, ухватив тварь за гибкую шею, но не тут-то было. Ох не зря Крам говорил, что уход за магическими существами не был сильной стороной артефактора. Пока мужнина возился с детёнышем, вернулась мамаша, очевидно привлеченная оголтелым воплями новоявленного потомства. Благо, она была столь ошарашена внезапным вероломством, что "всего лишь" саданула артефактора хвостом в бок. Бланко пролетел несколько шагов и впечатался многострадальным боком в скалу. Перед глазами все поплыло, и мужчина едва не совершил умопомрачительный кульбит головой вперёд с обрыва. Бок саднил нещадно, колени подгибались, надо было уходить, но боль мешала сосредоточиться на заклятием апартации. Неудачливый охотник за драконами едва живой от сотрясения мозга и нескольких переломов забился в расщелину и попытался найти выход из положения.
Обезболивающее заклинание удалось произнести раза с пятого, зато в голове быстро просветлело. В сумке лежал обездвиживающий артефакт, но пальцы не слушались и путались в завязках рюкзака. Тем временем разъярённая мамаша, которая не смогла выскрести вандала из узкой щели, решила вульгарно его поджарить. Увы, Бланко не умел восставать из пепла, что феникс, так что пришлось пнуть набравшую два кубометра воздуха тварь в бронированный нос. Дракон, не ожидавший отпора от жертвы смрадно раскашлялся дымом и попытался отгрызть артефактору ногу. Откусить не откусил, но распанахал рану длиной в полторы ладони, достающую до кости. Мысленно костеря злокозненную тварь на все корки, он зубами с корнем выдрал непокорную застёжку рюкзака и швырнул в дракона хрустальную призму с заклятием остолбенения. Артефакт с нежным треньканьем разбился, замораживая дракона минут на десять. Рану надо было обработать и зашить, сломанные ребра вправить и перебинтовать, а головой и вовсе постараться не шевелить месяца два, но у Бланко осталось всего ничего времени, чтобы попытаться сбежать от взбешенного ящера, так что пришлось ограничиться кровоостанавливающим заклинанием и повязкой из лоскутов рубашки.
Как добирался до хижины помнилось смутно, дорога казалась бесконечной, хотелось сдохнуть под каждым кустом, скорее всего он несколько раз терял сознание, но так и не сподобился умереть.
В один из периодов просветления,лёжа в пропыленной заброшенной избе, он даже смог сносно зашить себе ногу тончайшей вольфрамовой проволкой для спайки деталей артефактов - ниток не нашлось.
Через двое суток стала очевидно необходимость апартации: антисанитария и отсутствие должного лечения гарантировано убили бы мужчину, но гораздо медленнее и мучительней. Стоило ли тогда драпать от дракона?
Кое как притупив боль, жар и головокружение, мужчина стал и выбирать точку выхода трансгрессии, поочередно отказавшись от собственной спальни, где его не найдут, и лаборатории Соль, в которой опасно много взрывающихся реактивов. Осталась общая столовая или спальня колдомедика. Предполагая, что вывалится он без сознания, Бланко выбрал последнее - в столовой был риск напороться на канделябр или острый нож для стейка.
-Да смилостивится надо мною Мерлин! - пожелал себе Натан и ухнул в темноту. Калето встретил полуобморочного приблуду писком, мягкой периной и возмущенный тычком в сломанные ребра - в чью-то постель Бланко определенно приземлился.

❖ СВЯЗЬ в ЛС

Отредактировано Nathaniel Blanco (12 июня 00:34:45)

+3

3


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ФРАНК БЕККЕР
ДИСЛЕКСИК-АРТЕФАКТОР С ЗАВЫШЕННЫМ ЧСВРАЗЫСКИВАЕТ ПОМОЩНИКА-ПОЛИГЛОТА. ПЛАТЯТ МАЛО, ЗАТО ВЕСЕЛО------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://media.giphy.com/media/OtKuASkL0bnVe/giphy.gif https://i.pinimg.com/originals/75/50/b1/7550b1e1afb70b3b4d7d684127955e1f.gif


matthew goode


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Родился в Германии году этак в 99-ом, а то и в двадцатом веке, иначе сгинуть ему на поле войны, так нет, слишком молодым оказался. Вообще-то из магловской семьи, которая никогда и не слышала о магии. И уж тем более не подозревала о том, что мальчиков-волшебников можно отправлять в какие-то школы. Франку бы растерять свой дар в народной школе, превратиться в обскура и уничтожить самого себя, но его подобрал пожилой волшебник-дипломат, которому срочно нужен был сообразительный помощник. Франк был из рабочей семьи, имел простой взгляд на жизнь, но за новые знания хватался как и за любую лишнюю монетку. Великая Война оставила его без родителей, поэтому нужно было как-то выкручиваться, благо маг-дипломат легко отвел ему комнату во флигеле у одной из семей своих секретарей.
За несколько лет такого сотрудничества Франк выучился немного магии, а также открыл в себе дар полиглота, быстро осваивая языки. Ему легко давались и мертвые, и живые. Беккер интересовался культурой других стран, но не покидал Германии, оставаясь едва ли не дворецким в доме дипломата. А однажды вся дипмиссия покинула Германию, вернувшись на родину, потому что в Баварии с ума начал сходить Гриндевальд. Чтобы не привлекать к себе внимания, Франк оставил позади магию и стал простым почтальоном в Мюнхене, не зная, что собственно делать, с таким багажом знаний, и где искать других волшебников.
Франк молод, влюбчив, немного романтичен, но не обладает нужной для авантюр решительностью. Будучи живым и подвижным, способен без еды и сна перелопатить гору документов, написать много одинаковых писем и сделать в кратчайшие сроки много всего полезного. Правда после такого забега уснет даже на полу. Не прихотлив, способен жить даже в лесу. Плохо ориентируется в магическом мире, все у него начинает с "а герр дипломат мне говорил", и очень часто оказывается, что данные устарели.
Имеет очень развитое чувство справедливости и, если обнаруживает, что ему дурят голову, вспыхивает праведным гневом.
Болеет машинами и, заприметив на улице последнее чудо техники, может за ним виляя хвостом пробежать до ближайшей остановки, чтобы задать миллион вопросов о ее устройстве.
Имеет слабое магическое образование, но компенсирует это трудолюбием. После знакомства с Дюнкле научился таким полезным вещам, как ставить магическую слежку, скрывать свое присутствие и давать сдачи, если кто-то решится вызвать добро с кулаками на дуэль с магическими палочками.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Франку нужно было отвезти почту из Мюнхена в пригород, когда возле указателей его попросили прочесть надписи. Беккер с радостью помог, но от незнакомца не отстал. Откуда у того такие странные побрякушки с восточными символами посреди Германии? Незнакомец был удивлен, признав во Франке волшебника, который смог сквозь чары разглядеть его медальон. За то время, пока они шли по дороге к ближайшему магическому пабу, откуда можно было бы через камин отправиться дальше, Дюнкле много узнал о Франке, а Франке о Петере почти ничего, кроме такого же прекрасного владения несколькими языками и целей путешествия. Видимо, у Беккера имелась привычка следовать за каждым, кто протянет руку, даже невзначай. Загадочность исследований Петера и его желание поскорее убраться из Германии заставили Франка упросить волшебника взять его с собой. После нескольких переделок и проверок на прочность, Франк стал верным помощником и другом для Дюнкле, который воспринимает парня как свой второй мозг. Иначе объяснить, почему такой румынский единоличник спокойно доверяет немцу все тайны артефактов и чтение архивных книг, просто невозможно. Беккер учился магии у волшебника в красной мантии, а он слушал, как его помощник зачитывает вслух фолианты. Слепое уважение пропало, и Франк может позволить себе одернуть Петера, раскритиковать его план, поставить под сомнение его знания, а также немного посмеяться над тем, что Петер путается в магловском мире, которые не любит.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Все предельно просто:
https://data.whicdn.com/images/297053701/original.gif
Собираем команду по спасению мира из трех человек, устраиваем сначала единый коллективный мозг, а потом разлагаем его внутренними склоками, любовным треугольником [Франк любит Лиз, Лиз очарована Петером, Петер любит себя и ощущать чужую зависимость от себя], в конце концов большим провалом Дюнкле, из-за которой бы Лиз с Франком пошли одной дорогой, а Петер остался бы в своих неприятностях. Все может, конечно, обернуться гораздо лучше... Это довольно пластичный сюжет, который имеет под собой двух хороших людей и одного скота, который не знает точно, стоит ли ему меняться в лучшую сторону. 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Люди тащат за собой свои тени, которые увеличиваются с падением солнца к горизонту. Они тащат за собой свою историю, мотивы, планы на будущее. В глазах наблюдателя это все мусор. Тени играют большую роль в этом представлении, а не какие-то планы в записных книжках или мечты в головах, столь малых и столь скупых для восприятия этого мира, что им просто не дано стать чем-то большим. Совокупность событий, которая называется случайностями, на самом деле называется судьбой, которую уже невозможно изменить. И если встреча произошла, то зачем-то она все же произошла, а за ней, значит, последует что-то еще.

Глядя на указатель, без которого Петер и так хорошо знает, в каком направлении Бухарест и как долго до него по магловским меркам можно добраться, он набирается сил, чтобы просто понять, зачем нужна эта встреча. Что хочет в этот раз ему сказать судьба? Была ли его мюнхенская госпитализация предупреждением, которым он воспользовался, чтобы не вскрывать карты раньше времени? Ведь все не может быть просто скопищем случайностей. Тогда бы он за ту секунду, что видел брата в коридоре Калето, не вытянул из вороха скомканных записок Русе и не угадал в синем пятне чернил на углу, что это тот самый храм, который Франк поставил на слежку. Его лицо не дрогнуло — не выдало мыслей, чувств, порывов, эмоций. Но рука все равно дрогнула, навязав Милошу Калгори еще одну встречу, гораздо более продолжительную и гораздо более уединенную, чем мгновение возле кабинета Крама.

Это слабость. Непозволительная промашка, сделанная как уступка памяти, в которой теснятся семнадцать лет жизни с еще одним именем в нагрудном кармане, которое постепенно опадает ближе к сердцу. И в конце карман вырывается. Грязно. С нитками, торчащими во все стороны. С дырами на рубашке. Но лишь бы ничего больше не напоминало о том, что это имя там хранилось. Новый карман пришивается шелковыми нитками, но игла часто не попадает в те же отверстия, и оставляет болезненные пустоты незаполненными.

В этих пустотах что-то скребется. Зовет. Именно оно дернуло руку и быстро сплело формулу заклинания перемещения. Именно оно выписало вопрос «Как он смог сбежать из Брана?» Это все оно, а вовсе не Петер Дюнкле, который просто прошел мимо, обозленный на МРАК и в частности на слишком подозрительного шефа этой организации.

От указателя до храма не так далеко, и Петер точно знает, что все-таки, спустя несколько дней Милош все-таки прошелся под этими сводами. Серебряный лев голосом Франка сказал ему об этом даже слишком равнодушно. Не то чтобы румын ждал этого сообщения, хотя несколько раз все-таки переспрашивал затаившегося на севере Болгарии помощника о том, как поживает Павел. Не придет, значит, не придет. Значит, Дюнкле понял все правильно, вычеркнув каждое слово возле фамилии Калгори, а в конце просто спалив ее вместе с отцом. Ему ведь так не нравилось, что Петер жжет книги.

Каким-то образом надо все-таки войти в собор. Каким? Ногами, вестимо. Это логично и в общем-то не имеет никакого особо смысла, который нужно читать между слов. Нужно подняться на колокольню, не сомневаясь в своих шагах. Ветер свистит на лестнице, разбрасывая холод и перехватывая дыхание волшебника. Он закрывается воротником красной мантии, но закрыть свистящие дыры в левых ребрах ему не удается.

Запах сигарет настораживает, и Петер даже в первую секунду думает, что Франц ошибся, но по голосу спокойно узнает Милоша. Плечи от этого не расслабляются, но ощущение, что все идет по задуманному плану, дарит силы, чтобы сохранять лицо.

Я начал седеть еще в Бране. Впрочем, тогда это последнее, над чем стоило бы задуматься, — холодно замечает Дюнкле, все еще сверля взглядом разложенные окурки. У каждого своя слабость, которую придумал маглвоский мир. Этот треклятый мусор умеет выдумывать только цепи, чтобы ограничивать. Но это тоже люди, и они достойны жизни.

Да, наверное здесь красиво, — уклончиво замечает Петер. — Здесь в подвальном помещении болгарские чернокнижники прятали книги с обложками из человеческой кожи. Их недавно взяли авроры местного правительства. Маленькое дело. Вашему шефу оно даже на глаза не попадалось.

Историческую справку Петер дает скупо, опустив воротник и сложив руки за спиной, все еще качаясь на грани между площадкой и последней ступенью, ведущей наверх. Его не интересует момент строительства этого относительно нового собора и как много он значит для границы между Румынией и Болгарией. Их здесь держали книги и люди, которые их собирали и писали. Подобный вид собирательства вызывал у Дюнкле тошноту.

А ты нашел себе новый замок, воспользовался Гриндевальдом так, как он даже не мог подозревать, и приобрел вредную привычку, о которой когда-нибудь пожалеешь. Мы не достаточно посоревновались в наблюдательности или можно продолжить в другой октаве? — от лестницы Петер не видит лица Милоша, но это не его прихоть, а брата, который на него не оборачивается. Против зимнего неба слабый на глаза румын бы все равно не смог разглядеть ту самую эмоции, которую ему удобнее всего было бы трактовать как равнодушие. — Твой побег из Брана затянулся, надо сказать.

❖ СВЯЗЬ через лс или скайп avantena

Отредактировано Peter Dunkle (5 июня 19:30:23)

+5

4


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ЛИЗА ЯНГ
ДИСЛЕКСИК-АРТЕФАКТОР С ЗАВЫШЕННЫМ ЧСВРАЗЫСКИВАЕТ ПОМОЩНИЦУ-АРХИВАРИУСА. ПЛАТЯТ МАЛО, ЗАТО ВЕСЕЛО------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://media.tumblr.com/a74f07e04ea3ce17da8accf90688072c/tumblr_ncv2x4bcxg1svbse3o5_250.gif https://media.rbl.ms/image?u=%2Ffiles%2F2016%2F08%2F20%2F6360727966497697241281364870_636072796642138372-1922604062_tumblr_mi52i1ynjQ1qzerjgo7_250%5B1%5D.gif&ho=https%3A%2F%2Faz616578.vo.msecnd.net&s=999&h=3deecbed3e7d1307797a53a04fc3511aed4ed10f93a64eebaddfee8f1e609804&size=980x&c=884440935


keira knightley


занята
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Такая скучная жизнь, надо сказать. Волшебница из Хогвартса, с факультета заучек, да к тому же из магловской семьи, в которой не особо ждали детей. Раз пять не особо. И все пять старших сестер Лизы работают на швейной фабрике, выбираясь по вечерам на танцы. А Лиза училась в закрытой школе в Шотландии, оттачивала свои навыки поиска информации в огромной библиотеке и мечтала стать... библиотекарем. Ее мечты были очень скромными, ей казалось, что библиотекарей недооценивают. Ведь любая полезная информация будет найдена именно в книгах.
Столь простым мечтам суждено было сбываться в почти мирной Англии, и Лиза стала архивариусом. При закрытом ото всех магическом. К ней почти никогда никто не обращался за помощью, и девушка чахла среди множества книг, которые не в силах была понять просто из-за сложности всего того, что происходило в конторе, при которой все происходило. А то, что она понимала, было до невозможности скучным: счета на новые мантии сотрудникам, количество визитов в Мунго, закупки зелий и артефактов с непонятными именами. Библиотечная жизнь уже не казалось Лизе такой радужной, но она ничего больше и не умела, кроме как работать с архивами.
Но пусть самоубьется тот, кто назовет ее серой мышкой. С тех пор, как ее забрали из книжной пыли Петер и Франк, она научилась магии иллюзии, почувствовала, что может узнать все что угодно в мире со своими способностями поиска, а еще прониклась духом путешествий. Она очень бойкая, но много не знает о людях, оставаясь книжным червем, для которого отношения с окружающими выстраиваются по четкой сюжетной логике. Но люди ведь совсем не похожи на чернила...

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Петер и Франк очень долго пытались пробраться в архив при конторке, в которой и работала Лиза, и в определенный момент им это удалось, правда, им пришлось там заночевать до того момента, как снова заработают камины. Решив, что ночью там точно никого не будет, они занялись своими поисками. Франк стал читать Петеру одну из книг, но от усталости уснул прямо во время чтения. Следившая за ними Лиза подхватила книгу и продолжила читать под молчаливым взором Дюнкле. Им бы с немцем оставить девушку и дальше прозябать среди книг, но она с пылом замучила Дюнкле скучными историями о книгах, а еще помогла им незамеченными выбраться из архива. Ее помощь с поисками информации и поддержкой Франка на поприще машинистки для Петера оказались необходимыми для румына, и Лиза смогла влиться в их мужской коллектив, разбавив все своей тонкой женской рукой.
В таких коллективах всегда есть место маленькой и малообоснованной симпатии. Петер не называет своего настоящего имени своим друзьям, и Лиза видит за этим какую-то тайну, способна нафантазировать себе, что может выслушать страдания малообщительного румына. А он просто тешит себя ее теплом, оправдываясь, что дескать, да, бывают дни, когда без неравнодушного человека рядом не уснешь. Они не говорят о чувствах, потому что их нет. Иногда просто выдается такой момент, когда нельзя не поцеловать, не обнять, не уронить на простыни...

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Все предельно просто:
https://data.whicdn.com/images/297053701/original.gif
Собираем команду по спасению мира из трех человек, устраиваем сначала единый коллективный мозг, а потом разлагаем его внутренними склоками, любовным треугольником [Франк любит Лиз, Лиз очарована Петером, Петер любит себя и ощущать чужую зависимость от себя], в конце концов большим провалом Дюнкле, из-за которой бы Лиз с Франком пошли одной дорогой, а Петер остался бы в своих неприятностях. Все может, конечно, обернуться гораздо лучше... Это довольно пластичный сюжет, который имеет под собой двух хороших людей и одного скота, который не знает точно, стоит ли ему меняться в лучшую сторону. 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Люди тащат за собой свои тени, которые увеличиваются с падением солнца к горизонту. Они тащат за собой свою историю, мотивы, планы на будущее. В глазах наблюдателя это все мусор. Тени играют большую роль в этом представлении, а не какие-то планы в записных книжках или мечты в головах, столь малых и столь скупых для восприятия этого мира, что им просто не дано стать чем-то большим. Совокупность событий, которая называется случайностями, на самом деле называется судьбой, которую уже невозможно изменить. И если встреча произошла, то зачем-то она все же произошла, а за ней, значит, последует что-то еще.

Глядя на указатель, без которого Петер и так хорошо знает, в каком направлении Бухарест и как долго до него по магловским меркам можно добраться, он набирается сил, чтобы просто понять, зачем нужна эта встреча. Что хочет в этот раз ему сказать судьба? Была ли его мюнхенская госпитализация предупреждением, которым он воспользовался, чтобы не вскрывать карты раньше времени? Ведь все не может быть просто скопищем случайностей. Тогда бы он за ту секунду, что видел брата в коридоре Калето, не вытянул из вороха скомканных записок Русе и не угадал в синем пятне чернил на углу, что это тот самый храм, который Франк поставил на слежку. Его лицо не дрогнуло — не выдало мыслей, чувств, порывов, эмоций. Но рука все равно дрогнула, навязав Милошу Калгори еще одну встречу, гораздо более продолжительную и гораздо более уединенную, чем мгновение возле кабинета Крама.

Это слабость. Непозволительная промашка, сделанная как уступка памяти, в которой теснятся семнадцать лет жизни с еще одним именем в нагрудном кармане, которое постепенно опадает ближе к сердцу. И в конце карман вырывается. Грязно. С нитками, торчащими во все стороны. С дырами на рубашке. Но лишь бы ничего больше не напоминало о том, что это имя там хранилось. Новый карман пришивается шелковыми нитками, но игла часто не попадает в те же отверстия, и оставляет болезненные пустоты незаполненными.

В этих пустотах что-то скребется. Зовет. Именно оно дернуло руку и быстро сплело формулу заклинания перемещения. Именно оно выписало вопрос «Как он смог сбежать из Брана?» Это все оно, а вовсе не Петер Дюнкле, который просто прошел мимо, обозленный на МРАК и в частности на слишком подозрительного шефа этой организации.

От указателя до храма не так далеко, и Петер точно знает, что все-таки, спустя несколько дней Милош все-таки прошелся под этими сводами. Серебряный лев голосом Франка сказал ему об этом даже слишком равнодушно. Не то чтобы румын ждал этого сообщения, хотя несколько раз все-таки переспрашивал затаившегося на севере Болгарии помощника о том, как поживает Павел. Не придет, значит, не придет. Значит, Дюнкле понял все правильно, вычеркнув каждое слово возле фамилии Калгори, а в конце просто спалив ее вместе с отцом. Ему ведь так не нравилось, что Петер жжет книги.

Каким-то образом надо все-таки войти в собор. Каким? Ногами, вестимо. Это логично и в общем-то не имеет никакого особо смысла, который нужно читать между слов. Нужно подняться на колокольню, не сомневаясь в своих шагах. Ветер свистит на лестнице, разбрасывая холод и перехватывая дыхание волшебника. Он закрывается воротником красной мантии, но закрыть свистящие дыры в левых ребрах ему не удается.

Запах сигарет настораживает, и Петер даже в первую секунду думает, что Франц ошибся, но по голосу спокойно узнает Милоша. Плечи от этого не расслабляются, но ощущение, что все идет по задуманному плану, дарит силы, чтобы сохранять лицо.

Я начал седеть еще в Бране. Впрочем, тогда это последнее, над чем стоило бы задуматься, — холодно замечает Дюнкле, все еще сверля взглядом разложенные окурки. У каждого своя слабость, которую придумал маглвоский мир. Этот треклятый мусор умеет выдумывать только цепи, чтобы ограничивать. Но это тоже люди, и они достойны жизни.

Да, наверное здесь красиво, — уклончиво замечает Петер. — Здесь в подвальном помещении болгарские чернокнижники прятали книги с обложками из человеческой кожи. Их недавно взяли авроры местного правительства. Маленькое дело. Вашему шефу оно даже на глаза не попадалось.

Историческую справку Петер дает скупо, опустив воротник и сложив руки за спиной, все еще качаясь на грани между площадкой и последней ступенью, ведущей наверх. Его не интересует момент строительства этого относительно нового собора и как много он значит для границы между Румынией и Болгарией. Их здесь держали книги и люди, которые их собирали и писали. Подобный вид собирательства вызывал у Дюнкле тошноту.

А ты нашел себе новый замок, воспользовался Гриндевальдом так, как он даже не мог подозревать, и приобрел вредную привычку, о которой когда-нибудь пожалеешь. Мы не достаточно посоревновались в наблюдательности или можно продолжить в другой октаве? — от лестницы Петер не видит лица Милоша, но это не его прихоть, а брата, который на него не оборачивается. Против зимнего неба слабый на глаза румын бы все равно не смог разглядеть ту самую эмоции, которую ему удобнее всего было бы трактовать как равнодушие. — Твой побег из Брана затянулся, надо сказать.

❖ СВЯЗЬ через лс или скайп avantena

Отредактировано Peter Dunkle (29 июня 14:18:26)

+4

5


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

АГНЕШКА ДОЛОХОВА
РУССКИЙ ДВОРЯНИН В ЭМИГРАЦИИРАЗЫСКИВАЕТ ЛЮБИМУЮ ЖЕНУ И МАТЬ СВОЕГО МЛАДШЕГО СЫНА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://sh.uploads.ru/t/ylYTU.gif http://sd.uploads.ru/t/sfp7V.gif

charlotte gainsbourg *не принципиально


не актуально
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Агнешка — колдунья из польских казаков, чьей чистоте крови позавидуют даже британские волшебники. В ее родословной отметились самые сильные и свирепые чародейки, имена которых до сих пор вселяют ужас во всё живое. В 1895 году Агнешка появилась на свет, а в 1917-ом вышла замуж за Михаила и стала мачехой для его сына от первого брака, Фёдора. Некоторое время они оставались в Ленинграде; полячка стояла во главе имения Долоховых, но так и не смогла родить живого ребенка: здоровье отказывало ей раз за разом. Лишь через восемь лет у них с Михаилом появился долгожданный сын Антонин. Как только Агнешка окрепла достаточно, чтобы перенести путешествие, семье пришлось бежать в Нюрнберг от красного террора.

Из Царства Польского Агнешка привезла фанатичную, преданную любовь к Гриндевальду, а также собрание книг по Тёмной Магии. Долгое время Михаил оставался глух к ее убеждениям, но со временем всё же потеплел, принял их как родные. Вскоре они вместе начали почитать Гриндевальда и служить ему. Чернокнижные труды стали их ежевечерним чтением. Агнешка считает, что должна направлять семью в объятия Спасителя, и если с Михаилом они единого мнения, то Фёдор категорически отказывается принимать их взгляды.

Агнешка — женщина чахлая и слабая, как иссушенная лоза; физическое и психическое нездоровье написаны у нее на лице. Она гадкий утёнок — та, которую в детстве дразнили за её неказистость, но которая с возрастом приобрела изнуренное, зловещее очарование. Неврозы и депрессия Агнешки подкрепляются приступами маниакального возбуждения; иногда она должна прикладывать руки к людям, потому что ее руки могут исцелять. Иногда она становится посланником Спасителя. Иногда в ее левом глазу поселяется бес, который творит зло.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Неважно, как был спланирован наш брак или кто свёл нас вместе: мы женились не по любви, а из расчета и необходимости. Я берег тебя, мою верную супругу, и делал всё, чтобы тебе не приходилось выходить из дома: когда моя первая жена покинула его в последний раз, вернулась она с тремя пулями в груди. Если ты хотела служанок, я нанимал сразу пятерых — правда, это не нравилось моей матери; если ты хотела золота и платьев, я привозил тебе их чемоданами. Ты была хороша, когда молчала. Ради тебя я даже сослал мою матушку прочь, наказав ей не возвращаться, и ни разу об этом не пожалел.

Чем больше времени проходило, тем чаще срывались твои беременности, тем меньше оставалось во мне уважения и любви. Мне нужен был сын, здоровый и крепкий, и когда ты в очередной раз не оправдывала мои ожидания, я мысленно клялся, что сгною тебя, недостойную обманщицу, за дверным замком. Но затем злость проходила. У нас всё еще оставалось общее дело, которым ты заразила меня; я знал, что без тебя лишусь своей единственной ниточки, ведущей к Гриндевальду.

Рождение сына всё исправило и изменило. Ты стала для меня самым важным и драгоценным человеком, который поможет мне постичь идеи твоего кумира, воспитает для меня наследника, защитит нашу семью. Наши отношения улучшились, и я наконец-то получил ту семью, которой меня когда-то лишили.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Мы, безусловно, будем выживать в условиях эмиграции; пускай тебе не нравится наш временный дом, радуйся тому, что нам не приходится жить на улице. Тебе стоит задуматься о том, чтобы найти работу. Может быть, станешь медсестрой в Мюнхенской колдовской больнице. Но твоей главной обязанностью было и остается воспитание Антонина, ибо наш сын — это твоя главная заслуга. К тому же, не сомневайся: пока мы живы, мы будем делать всё, чтобы идеи Гриндевальда воплотились.
Во флешбеках и иногда в настоящем времени может проскальзывать психологическое насилие, но никогда — физическое. Ты мне, в буквальном смысле, слишком ценна, чтобы портить. Возможно, в Нюрнберге ты даже больше чувствуешь себя хозяйкой положения, чем я; кто знает, вдруг твоя жестокость ничуть не уступает моей.
Да, и у меня всё еще есть старший сын. Он тебя не любит. Но у меня в вашем конфликте нет стороны: пока Антонин не доживет до совершеннолетия, Фёдор — мой первый наследник, единственная моя связь с погибшей женой.
Внешность не принципиальна, но пусть это будет женщина с нестандартной красотой, на лице которой написано: она не в порядке.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Пока не написал

❖ СВЯЗЬ
Приходи в гостевую, в аську: 380466622 или вк: id10838061, я буду рад тебя видеть.

Отредактировано Mikhail Dolohov (12 июня 16:41:19)

+5

6


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ФЁДОР ДОЛОХОВ
РУССКИЙ ДВОРЯНИН В ЭМИГРАЦИИ
РАЗЫСКИВАЕТ СЫНА-НОНКОНФОРМИСТА ОТ ПЕРВОГО БРАКА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://sg.uploads.ru/t/cdhqy.gifhttp://s9.uploads.ru/t/3kPQ0.gif
tom hughes *не принципиально

не актуален
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Фёдор родился в графском роду Долоховых в Санкт-Петербурге 1906 года. У него была сестра Настасья, старше его самого на два года, и матушка Анна. Обеих у Фёдора отняла судьба: всего через год его мать расстреляли в красном терроре, а Настастья сгорела от болезни, когда ему было шесть. Первую смерть Фёдор не помнит, а вторая по-прежнему предстает по ночам перед его глазами.

Детство его было сложным. Бабушка, Елена Владимировна, очень любила внука и оттого бесконечно третировала. Отцу на Фёдора не хватало времени, но иногда он вспоминал, что его сын должен расти гением. Моментально появлялись десятки требований, которые редко оправдывались, а оттого приносили лишь разочарования — на его взгляд, Фёдор плохо говорил по-французски и по-немецки, плохо знал историю, плохо держался на лошади, и даже магия в нем пробуждалась как-то плохо.

Вырваться из дома удалось лишь при помощи тётки Дианы, работавшей в Колдовстворце. Она и забрала Фёдора в школу русского колдовства, где он провёл следующие восемь лет, обзаводясь тесным кругом друзей из самых разных сословий — от бывших крестьян до высшей элиты. По возвращении из школы ему приходилось мириться с новой женой отца — Агнешкой, которая успела подселить в критический разум Михаила разрушительную идею о мировом превосходстве колдунов. Мачеха верила, что это было осуществимо лишь при нападении Гриндевальда на терзаемую большевиками Россию. За это Фёдор ужасно невзлюбил Агнешку и начал перечить отцу, пытаясь по возможности вразумить его.

К тому же, в 1925 году мачеха родила Михаилу второго сына — Антонина, которого тот принял с большой теплотой. Спустя полгода в России открылась охота на волшебников, и Долоховым пришлось покинуть имение в Ленинграде и бежать в Германию. Осели они в Нюрнберге, где одержимость темной магией и Гриндевальдом окончательно захватила их головы. Фёдора категорически не устраивает это положение дел, но Михаил лишь отмахивается от споров: на его взгляд, он сделал из сына идиота в тот же момент, как отдал его в Колдовстворец.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

У нас самые обычные отношения отца, который разочаровал сына, и сына, который разочаровал отца. Ты — кровь от моей крови, единственная оставшаяся у меня связь с погибшей любовью всей моей жизни. С холодным терпением и недовольством я пытаюсь вдолбить в твой разум прописные истины, но на своего младшего сына, Антонина, я возлагаю больше надежд.
Надеюсь, в дальнейшем наши идеологические разногласия превратятся в поистине увлекательное приключение, в котором мы окажемся по разные стороны баррикад. Или ты не станешь предавать семью и сыграешь двойную роль в грядущем противостоянии? Что бы ни случилось, помни: если ты обратишь своё колдовство против Гриндевальда, я сочту своим долгом уничтожить тебя.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Было бы здорово, если бы ты и впрямь рассмотрел возможность сыграть агрессивное идеологическое противостояние. Но какие бы политические взгляды ты ни выбрал, мы все равно останемся отцом и сыном, и этот конфликт красной нитью пройдет через нашу историю.
Внешность не принципиальна, брать можно любую.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Не наиграл еще

❖ СВЯЗЬ
Приходи в гостевую, в аську: 380466622 или вк: id10838061, я буду рад тебя видеть.

Отредактировано Mikhail Dolohov (6 июня 19:23:15)

+5

7


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

РЕЙНОЛЬД РЕЗЕРФОРД
АНАЛИТИК МРАК, В ПРОШЛОМ АМЕРИКАНСКИЙ РАЗВЕДЧИКРАЗЫСКИВАЕТ ЗАКЛЯТОГО ВРАГА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://www.flickfilosopher.com/wptest/wp-content/uploads/2010/08/vincentcassel5.gif


Vincent Cassel


ПРИДЕРЖАН
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------
вместо эпиграфа

Я обещаю:
мы выйдем непраздничным маршем к ночной реке.
Скоро зима. Отчего бы не улыбаться.
Я обещаю, честно, я рад стараться,
я неизбежен, как иней на тротуарах,
я бесполезен, как желтый сухой букет
в руках ребенка, гуляющего по парку.
В городе будет холодно и темно.
Я повторяю: те, кто слышит меня, - за мной…

…и мне отвечают: «Дьявол тебя возьми,
проще простого – говорить с чужими детьми.
Тебе бы своих, синеглазую Грету и рыжего Ганса,
чтобы дышалось с оглядкой,
чтобы ночей не спалось.
Ты ведь похож на нас – у тебя получится».
Все правильно.
Но, понимаете, мне бы пришлось
бить их по пальцам, чтобы играли лучше.

Слушайте. Я никого не хочу спасти.
Я – вроде ветра, гуляющего по крышам,
я обещаю лишь тем, кто меня услышит, –
это не больше, чем двое из десяти.
А для других я нем; для иных – неправ,
для остальных невидим, и слава Богу,
Но я хватаю прохожего за рукав,
и убеждаю: слушай, смотри в глаза,
я говорю ему: эта музыка стоит немного,
значит не больше, так о чем тебе рассказать?

И он отвечает: расскажи мне про страшный суд,
дай мне надежду и пожелай удачи.
И убеди меня, будто эта мелочь –
трехгрошовая зависть, немая совесть, больная нежность –
хоть что-то значит.
Что все умрут, а меня спасут.
Если ты что-то знаешь, так говори.
Расскажи про главное: что у меня внутри,
дай мне лекарство, к черту твою отраву! –
и остальные шепчут: гляди, он прав…

И двадцать пять раз я слушаю этот отчаянный монолог
на площадях и набережных, в подъездах и кабаках.
я бы не плакал о них, даже если бы мог –
вот и не плачу, и наблюдаю, как
идут, дураки и дурочки, легко, как в последний бой;
моя неказистая дудочка им видится медной трубой,
им хочется верить, что до конца немного –
и я обещаю, что покажу дорогу.
и я обещаю им небо далеких стран…
"Для начала придется переплыть океан,
одолеть две горных гряды и одну пустыню,
услышать чужой язык, научиться на нем говорить,
выйти к нужному дому сквозь ветер и мокрый снег.
Вам откроет дверь замечательный человек.
Я ручаюсь, он знает, что делать. Его фамилия Скиннер.
Он выучил наизусть, как крысы устроены изнутри.

Он верит в свое ремесло – с ним намного проще."
Доброе утро. Эта осень не хуже прочих.

Я обещаю вам новое небо и новую землю…

Для начала я приведу отрывок из своей биографии, в котором доктор Резерфорд играет одну из ключевых ролей.

читать

Доктор Рейнольд Резерфорд, подданный США, амбициозный и склонный к опасным экспериментам колдомедик, получив строжайший запрет на профессиональную деятельность на территории Штатов, выехал в Европу в надежде попытать счастья там. Спецслужбы держали его под наблюдением, но в какой-то момент Резефроду удалось, усыпив бдительность разведки, выпасть из поля зрения МАКУСА. Когда же его имя вновь всплыло в отчётах, руководство обратило внимание на тревожные слухи, согласно которым Резерфорд получил хорошее место в мадридском магическом госпитале и ведёт там свои исследования, явно затевая нечто неприятное не только для принявшей его Испании, но и для Штатов, на которые после изгнания точил зуб.
За выяснениями подробностей и с указанием вывести доктора Резерфорда на чистую воду в случае необходимости с лицензией на его убийство в Испанию и направили агента Батлфилда. Оказавшись на месте, он принялся за дело, для начала выяснив, в каком баре выпивает господин Резерфорд по пятницам после рабочего дня, а также в какое конкретно время уходит домой. К счастью и вящему удобству Батлфилда, доктор был человеком весьма пунктуальным даже в том, что касалось его личной жизни. Выбрать компанию агрессивных товарищей, готовых чуть что схватиться за палочки, и нарваться на их гнев точно ко времени выхода Резерфорда из бара было делом техники на пятьдесят процентов, вторую половину составляло везение, которого Батлфилду, по крайней мере, в первой половине его жизни, было отмеряно немало. Свалиться аккурат к его ногам, истекая кровью, - что ж, тут и ленивый справился бы.
Батлфилд, пожертвовав здоровьем, - не впервой этого потребовала его служба, - заполучил взамен чрезвычайно удобное место для ведения наблюдений за доктором Резерфордом и его исследованиями, угодив на больничную койку в Отделении недугов от заклятий, где доктор и работал. Кроме самого доктора в поле зрения Батлфилда оказались его красавица-ассистентка по имени Соледад и молодой практикант с впечатляющим талантом к созданию артефактов - Натаниэль Бланко.
К Натаниэлю Резерфорд относился с большим вниманием и теплом, и даже на его беззастенчивый флирт с Соледад закрывал глаза. Убедившись в том, что она - не просто ассистентка, и имеет для доктора большое значение, Альфред смекнул, что Бланко он покровительствует не из доброты душевной, а с недвусмысленными целями. Талантливый юноша как раз вёл работы по разработке некого прибора, долженствующего бороться с головными болями и иными разновидностями магических и немагических болей, и доктор Резерфорд в процессе принимал деятельнейшее участие, и это натолкнуло Батлфилда на мысль, что прибор имеет к злокозненным затеям доктора самое непосредственное отношение. К этому времени увечья, прописавшие разведчику билет на больничную койку, были излечены, но покинуть удобный пункт наблюдений он не был готов, и начал симулировать острейшие приступы головных болей. Тех самых, бороться с которыми было прямым назначением прибора Натаниэля Бланко. Кроме всего прочего эти приступы удобно избавляли Альфреда от необходимости отвечать на неудобные вопросы, чем он время от времени с удовольствием пользовался.
Положение его с каждым днём становилось всё более опасным, однако в то же время приближало его к точке икс, в которой он сможет, как подсказывала ему редко ошибающаяся интуиция, вывести доктора Резерфорда на чистую воду. Опасным же его положение делала не ложь, в которую он, как обычно в рабочих условиях, был закутан точно пойманная в паутину муха, а то странное, неподвластное рассудку, необъяснимое, что зародилось между ним и Соледад и стремительно набирало обороты, раскручиваясь подобно выпущенной на свободу тугой пружине. С каждым днём Альфреду всё труднее было бороться со своими чувствами, а очевидная взаимность со стороны красавицы-испанки лишь усугубляла его шаткое положение. Однажды она позволила себе откровенность, поведав так нравившемуся ей пациенту о том, как нелегки стали её отношения с доктором Резерфордом после того, как она поняла, что он замышляет недоброе. Талант и острый ум американского колдомедика когда-то очаровали её, но со временем она всё больше убеждалась в том, что не может рядом с ним пойти по пути, который он выбрал. Когда же девушка поделилась своей тревогой с Резерфордом, он вспылил, позволив себе не только выражения куда крепче, чем обыкновенно, но и рукоприкладство, ударив её по лицу так сильно, что ей пришлось потратить около получаса, чтобы свести огромный синяк, расцветший на скуле.
Этот случай окончательно отвратил Соледад от бывшего возлюбленного, место которого в её сердце уверенно, хоть и против своей воли, занял Батлфилд. Понимали это не только Альфред и Соледад, но и Резерфорд, который решил, что пора брать быка за рога и сообщил пациенту, что вскоре его проблема будет решена, поскольку Натаниэль закончил работу над чудесным артефактом, побеждающим головную боль.
На беду Резерфорда, к этому времени Бланко сам осознал, что с артефактом что-то не так: в подсказках Резерфорда, самого не имевшего таланта к артефакции, но обладавшего внушительным багажом необходимых теоретических знаний, крылась ловушка, на которую юноша поначалу не обратил внимания в силу своей неопытности. Артефакт работал как излучатель, генерируя волны, воздействовавшие на человеческий мозг и в действительности помогавшие справиться с болью. Однако на определённой частоте его волны вызывали у человека неодолимое желание смерти. Проще говоря, прибор мог подталкивать людей к самоубийству.
Бланко, с которым Батлфилд успел войти в доверительные отношения, сообщил об этом американскому агенту, а также поведал о том, что сконструировал для Резерфдора специальный артефакт-отвод, блокирующий воздействие волн. И самое главное - Натаниэль сообщил, как этот отвод можно легко сломать, ведь, конструируя его, он уже понимал, что происходит, и намеренно сделал его очень хрупким.
Итак, в день, когда Резерфорд принёс в палату Альфреда чудесный прибор, тот был во всеоружии, за единственным исключением: сам он не имел от прибора защиты. И когда доктор включил излучатель на роковой частоте, самообладания Батлфилда как раз хватило на то, чтобы, сдёрнув с шеи колдомедика артефакт-отвод, выглядевший как простой медальон, раздавить его в кулаке. После чего желание смерти овладело его разумом. Когда же он пришёл в себя, то увидел над собой Соледад, растрёпанную, с царапиной на щеке, а затем, - повернув голову, - распахнутое настежь окно, в которое вышел Резерфорд и едва не вышел сам Альфред.

Здесь его след теряется. Вам (и, разумеется, доктору Резерфорду) следует знать также о том, что Альфред женился на Соледад и увёз её в свои родные Штаты, где её спустя четыре года убили адепты Нового Салема.

Безусловно, Рейнольд выжил, однако все участники описанных событий остались уверены в обратном. Чем он занимался с тех пор вплоть до настоящего времени - полностью на Ваш откуп. Возможно, залёг на дно. Сменил имя и фамилию, придумал новую биографию, нашёл новые пути для реализации своих планов и идей, которыми он, разумеется, по-прежнему фонтанирует. Может быть, проклятье, которое Альфред получил на службе в 1921 году, незадолго до смерти Соледад, и которое превратилось в бомбу замедленного действия, которая тикает где-то внутри, неумолимо приближая день смерти, - его рук дело, однако Батлфилду об этом неизвестно.

Что ещё мне хотелось бы сказать о докторе Резерфорде?
Он наделён недюжинным умом, бесспорным талантом и сокрушительной харизмой.
Он высокоорганизован, расчётлив, пунктуален, точен и очень хорошо владеет собой.
Последняя способность даёт сбои лишь в тех случаях, когда дело касается его исследований и экспериментов: здесь, увлекшись, Резерфорд может потерять контроль и допустить фатальную тактическую ошибку, которая сведёт на нет всю его скрупулёзно продуманную стратегию. Может и допустить вспышку эмоций силы, кажущейся немыслимой для тех, кто привык к его железному самообладнию.
Сей грешок доктор за собой, безусловно, знает, и пытается с ним бороться - с переменным успехом.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Полагаю, вы плохо ко мне относитесь.
Степень того, насколько плохо, оставляю на ваше усмотрение, однако имейте в виду: я вообще-то рассчитывал на ненависть. Причиной ей может быть и уязвлённое самолюбие, но мне кажется, всё дело в Соледад: я думаю, вы на самом деле любили её, той любовью, какая была доступна вашему сердцу. Я думаю, вы ненавидите меня за то, что я забрал её и не смог сберечь. Вы меня вините в её смерти. Я полагаю, правильно делаете.
Возможно, вы одержимы жаждой мести. Возможно, вы нашли себе жажду поинтереснее. Возможно, всё улеглось на дне вашего сердца, но вспыхнет с новой силой, стоит нам вновь встретиться. Возможно, при новой встрече я дам вам и новый повод меня ненавидеть.
Хочу лишь заметить, что при условии, что мы с вами сыграемся, я планирую именно вам доверить ответственное задание убить моего персонажа в неком обозримом будущем.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Для меня очень важно выйти на общую волну. Я соигрок удобный, не поторапливаю, сцен ревности не устраиваю, количество символов в постах не подсчитываю, к себе хочу видеть такое же демократичное отношение. Если совпадём по этим пунктам - играть нам с вами долго и счастливо, и в убийство тоже.
Абсолютно всё, что я здесь написал, подлежит обсуждению, включая фрагмент моей биографии. Я очень гибок и всегда готов идти навстречу и искать компромиссы. Если вам нравится доктор Резерфорд, если вы чувствуете с ним ролевое родство, что бы это ни значило, стучитесь - и вам откроют.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

- ...Как дрова для костра.
Иллюстрацией к словам Мирко вспыхивает пламя в старом кострище, и он скармливает ему останки старых деревянных конструкций неизвестного назначения, которые столько лет пролежали здесь, сгнивая в труху, но так и не сгнив. Они казались Альфреду чем-то неизменным, точно деталь нарисованного за сценой задника, но теперь их пожирает огонь, и Мирко говорит о кипящем зелье, о топливе, о том, что горит.
Должен ли огонь согревать?
Греет ли всё, что горит?

Одно очевидно - пламя притягивает взгляд и Альфред поддаётся ему без попыток сопротивляться, смотрит в огонь, потирая пальцы - всё такие же ледяные. Тепло не трогает их, как не трогает его сердца, не проникает в его душу. Внутри по-прежнему холодно, пусто и страшно. И с каждым произнесённым Мирко словом становится всё страшнее. И Альфред не осознаёт, что именно так пугает - решимость друга, чёрная, отчаянная решимость человека, готового шагнуть в горнило печи, что обратит его непременно в пепел, - или собственная неспособность его понять. Он вседа мог понять Мирко, пусть они никогда не походили друг на друга, именно это понимание однажды стало ключом к отношениям, что связали их накрепко, позволив держаться друг друга несмотря на все испытания, изрядно потрепавшие их обоих. И сейчас, осознавая его отсутствие, Альфред чувствует, как земля уходит у него из-под ног. Он уже сидит, к счастью, иначе непременно бы потерял равновесие и зашатался. И к холоду и пустоте, заполнившим его изнутри, присоединяется неизбывная каменная тяжесть, которая прижимает его к сырому камню, тянет сквозь всю высоту Башни Мертвецов, все перекрытия её, винтовые лестницы - к самой земле и ниже, в тёмные подвалы, и ещё ниже - в самую стылую сырость, куда однажды придётся ему лечь.
Куда однажды лягут они все. Если ничего не изменится, это может произойти очень быстро.
Греет ли всё, что горит?
Нет, этот огонь не греет. Это чёрное пламя, которому Данимир позволил разгореться в собственной душе, способно только обжигать, оно несёт ужас, боль и смерть, - смерть, которая не станет избавлением, укрывая стылым белесым пеплом то, что было когда-то живым, но уже никогда не будет.
- Ты прекрасно знаешь, каково это - жаждать наказания виновных в смерти того, кого ты любил, - Мирко впервые с тех пор, как Альфред появился на площадке, смотрит в его сторону.
Да, он знает.
И он знает, что месть не принесёт облечения. Да, ему не позволили отомстить, но по прошествии времени он осознал, что это было к лучшему. Возможно, совершив непоправимое, ответив истинным злом на зло, он лишился бы тех обрывков человечного, живого, чувствующего, что в нём ещё оставались.
- ...смерть Деси - мой крестраж. Расколов мне душу, он придал мне сил, - произносит Данимир, и Альфреду чудится, что притяжение далёкой земли всё-таки победило, притягивая его сквозь все препятствия, и теперь он падает, падает отвесно вниз в беззвучии и безветрии неотвратимости безрадостного финала.
Страх всё растёт изнутри него, ширится, пронизывая тело холодом, от которого не спрятаться. Альфред тянет к костру немеющие от холода руки, но тепло всё никак не может коснуться одеревеневших бледных ладоней.
- О милосердный всепрощающий Пакваджи, Мирко, ты сошёл с ума, - хочет он сказать, но молчит, всё так же глядя в огонь, думает, неужели это в самом деле так.
Неужели Мирко сходит с ума, близок к помешательству, неужели всё уже кончено, неужели слишком поздно?
Как он мог упустить момент?
Как мог? Где он был, когда друг сделал шаг в пропасть, почему не подал руки, почему не поймал за полу плаща?
И ещё страшнее становится ему оттого, что эти мысли не причиняют ему боли.
Оттого, как холодны они, как безучастны, как внимательны и невозмутимы.
Всё что живо в нём в это мгновение - чёрный страх, глухо толкающийся в рёбра изнутри.
Страх вынуждает его говорить.
- Ты не боишься превратиться в чудовище? - спрашивает Альфред бесцветно, не поднимая глаз - теперь его черёд не смотреть на Мирко, - Боль и ярость - плохие помощники, они затуманивают разум, мешают оценить расстояние, силы, рассчитать возможные последствия.
Только не смей, не смей парировать, что это моя обязанность здесь - прогнозировать последствия!
- Месть, как и виски, не облегчает страданий. Даже усиливает. Ты говоришь о крестраже, - слово царапает нёбо, оседает на языке гадкой хинной плёнкой, - Но в самом деле ты даже не отдаёшь себе отчёт в том, чем может обернуться для тебя расколотая душа. Чем может обернуться она для тех, кто стоит рядом с тобой, - и вот наконец он поднимает глаза, выпрямляется, и ладонь, ложась на камень, шарит безотчётно в поисках трости - он забыл, что трость упала в пыль и всё ещё лежит там у его ног, - Мирко, ты не боишься превратиться в то, с чем сам сражаешься? Сделаться неотличимым от своего врага?
Ты вообще боишься чего-нибудь, Мирко?

❖ СВЯЗЬ гостевая

+3

8


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

МИРИАМ ДОЭРТИ
УЖЕ-НЕ-ДЕВОЧКА, ЧТО ЛЮБИТ НЕПРИЯТНОСТИРАЗЫСКИВАЕТ ПОДРУГУ И ДВОЮРОДНУЮ СЕСТРУ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://i.imgur.com/1me2uUp.gif


Isla Fisher


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты родилась в весьма и весьма и эксцентричной семье. Твоя мать, Шона Доэрти, обладательница чистой крови семьи МакТавиш и огненно-рыжих волос, решила отказаться от мира людского и светского, уединилась со своим мужем (чье описание я оставляю совершенно на Вас) где-то глубоко в лесу, и занялась гербологией и стихийной магией. Как человек всем сердцем и душой посвященный науке, она совершенно забывала о таких тривиальных вещах как сон, еда, и, например, отправление поезда в Хогвартс.

С сестрой Уной, такой же рыжей, как и ты и твоя мать, ты была предоставлена сама себе и это тебя устраивало совершенно во всех смыслах. Вы копались с матерью в совершенно тех же грядках и сами при любом удобном случае тыкали в странные растения пальцами, даже когда те тыкали вас чем-нибудь в ответ.

Конечно же, летом 1910 года ты получила свое письмо в Хогвартс, что стало для тебя, говоря по правде, некоторым удивлением, потому что мать не торопилась тебе рассказывать о магической школе, в которой сама, между прочим, и отучилась. Ты с нескрываемым удивлением и оптимизмом ехала в этот новый мир, была распределена на Рейвенкло, и была счастлива в школе все семь лет обучения.

Единственное, что ты не выносила - это скуку. Ты превосходно справлялась с предметами и темами, что тебе были интересны, и совершенно никакого труда не вкладывала в то, что интересно тебе не было. Но оценка "Т" по скучному предмету для тебя была скорее поводом для гордости, и с криками "им не сломить меня" ты вбегала в гостиную факультета и садилась дальше заниматься своими делами.

Переняв хобби своей матери, ты выращивала в своей же спальне невиданные растения разных видов, помимо этого всерьез занявшись магическими шутками, не раз ставя всю школу на уши. То потому что ты вырастила дьявольские силки под своей кроватью, то потому что заколдовала все перья в Хогвартсе писать исключительно "мы идиоты" на пергаменте. Так или иначе, отработав не одну сотню наказаний, ты выпустилась из Хогвартса и прямо в мир.

В этом мире ты скачешь с работы на работу уже десять лет. Немного в Святого Мунго, немного в магических аптеках, немного в исследовательских группах. Ты предана всей душой гербологии, и потому выращиваешь и скрещиваешь совершенно немыслимое количество растений, и делаешь это исключительно ради искусства. Ты написала книгу, и ее даже опубликовали, и несколько книг и статей под твоим авторством стали весьма популярны. Иногда ты вспоминаешь, что тебе надо зарабатывать чем-то на жизнь.

И тогда твои поиски куда только не приводят.

Дополнительно:
- ты родилась в Шотландии, разговариваешь с тяжелым шотландским акцентом (с гордостью, конечно же), и недолюбливаешь англичан.
- скорее всего, ты знаешь стихийную магию от своей матушки.
- ты можешь сменить образ на другой, но лучше чтобы девушка была рыжей.
- Мириам 27 или 28 лет в зависимости от даты рождения, родилась она в 1899 году.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Двоюродные сестры, которые не встречались до самого Хогвартса. Мать Анвен, Игрейн, отказалась от общества своих сестер Лилиан и Шоны, считая их совершенно ненормальными, и потому о них не упоминала. А Шона была человеком слишком погруженным в свое дело, чтобы о чем-то там рассказывать.

На пятом курсе Анвен и Мириам стали близкими подругами, практически неразлучными. Мириам поражало то, что Анвен могла спокойно и усидчиво заниматься нумерологией, а Анвен даже пыталась как-то остановить Мириам от слишком уж необдуманных решений. Но, конечно же, едва ли у них что-то получилось друг в друге изменить. Летом Анвен пригласила Мириам к себе домой и, неожиданно для всех, выяснилось их достаточно близкое родство. И эти новости дружбе не помогли и не помешали.

Анвен и Мириам никогда не переставали быть подругами, особенно когда помимо целебных отваров Мириам научилась изобретать еще и алкогольные, после которых устарели и виски, и вино.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Оставить нашу дружбу в эти темные времена. Как игрок Вы можете остаться в нейтралитете, можете связаться с МРАКом (против чего Анвен, конечно же, будет бастовать), или же даже каким-то образом оказаться на другой стороне. Так или иначе, я не оставлю Вас без игры, обещаю!

А еще у Вас будет шанс прописать себе сестру Уну так, как Вам бы хотелось. Я буду очень рада обсудить вместе эту заявку.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Чужой взгляд ощутимее даже, чем чужое дыхание на коже. Вы никогда не оборачивались, надрывая мышцы шеи, стоило кому-то оказаться прямо за спиной? Никогда не просыпались посреди ночи, потому что на вас кто-то смотрел? Не царапали ли вам краешки ушей чужие взгляды на улицах? Для Анвен чужое присутствие было осязаемым, приближение - резким. Альфред, выцепивший ее взглядом из серой толпы куда-то торопящихся людей, прикоснулся к ней своей попыткой приблизиться еще раньше, чем ладонью к плечу. Появившись в краешке видимого поля подобно комочку свалявшейся туши, он заставил диафрагму резко сжаться, как гепарду, приготовившемуся к прыжку. И не имело никакого значения, врагом он был или другом, воришкой или же бывшим любовником, сейчас Анвен было совершенно не до этого.

Острый наконечник ее палочки заметно и ощутимо уперся незнакомцу прямо в печень через карман легкого осеннего пальто. Еще и наклонился так осторожно к ее уху. С упрямством вскинув голову, она продолжала свое движение вперед, с некоей особой силой вбивая каблучки в каменные ступени, словно бы пытаясь услышать их стук за нестихающим шумом чужих голосов. Но незваный гость не только имел наглость продолжать движение вместе с ней, держа на ее плече свою руку, так еще и просил ее не останавливаться! "Будто бы я собиралась все бросить и встать на месте как истукан только ради того, чтобы поговорить с Вами, мистер... мистер... ах, даже не представился!" Но, стоило отдать ему должное, где-то Анвен даже имела счастье его видеть. Да и назвал он ее по имени, что значило что либо они все-таки были знакомы, либо... либо он ее проверял. И сейчас он был рядом совсем не для того, чтобы ей помочь. Но ей было некогда.

Тем более что, вероятнее всего, их успели представить и она просто забыла. С кем не бывает, спрашивается.

- Этот значок пока что сохранил Вам в целости нос, - честно призналась Анвен, не задерживая взгляда на его лице дольше, чем требовалось для того, чтобы сравнить его с фотографией. С некоторой неохотой отводя волшебную палочку от жизненно-важных органов, она продолжала двигаться вперед, смотря только перед собой. У них действительно не было времени на то, чтобы тратить его на светские беседы. - Знали бы Вы, как я рада тому, что хоть кому-то интересно спасение человеческих жизней. Я думала, что в прогрессивных Штатах это давно уже вышло из моды. - Как-то слишком уж серьезно звучал этот текст, как-то слишком уж внимателен был ее взгляд. Пускай присутствие Альфреда и было относительно подозрительным, Анвен действительно не могла не почувствовать мягкое, как шерсть урчащей кошки, чувство благодарности. Она думала, что была выше этого, но... кажется, ей самой просто не хотелось больше быть одинокой. Даже в этом деле. Хоть кто-то, хоть кто-то воспринял ее слова всерьез.

Широкий потолок над их головами напоминал бушующее море, и мраморные своды - будто бы вывороченные кормы судов, разбившиеся о камни. Но как бы усиленно сейчас Анвен ни пыталась почувствовать на своих губах знакомый привкус беды, у нее не получалось совершенно ничего. Вон, мимо идет девочка, обнимающая мягкого затасканного медведя. Юноша переминается с ноги на ногу, сжимая в руках цветы и с волнением смотря на часы. Хоть что-то подозрительное, хоть что-то...

- Это уже третья закрытая дверь, - резко остановившись, словно бы в фигуре танца, Анвен разворачивалась на каблуках. Закрытые двери? Подозрительно. Мужчина, что тащил за собой чемодан, был красным в лице и безумным во взгляде. Его супруга, у которой на руках сидело аж два мальчика, неуверенно всматривалась по сторонам. Страх, напряжение, стресс - вещи приятные и привычные, и душа Анвен опускалась в них так же легко, как нога опускалась в старые разношенные тапочки. Незнакомец дернул за еще одну ручку запертых дверей, издав вой кита, с котором застрял охотничий гарпун. Если в ней еще и оставались когда-то крупицы горького сомнения, то сейчас их смело как крошки со стола после обеда. Они были в правильном месте. В правильное время.

- Они закрывают выходы с платформ, - беглый взгляд скользнул по расписанию, задерживаясь на цифрах прибытия как на шероховатой поверхности - недостаточно для того, чтобы их запомнить, но достаточно для того, чтобы понять, что все пассажиры поездов, приезжающих одновременно в послерабочее вечернее время, застрянут перед закрытыми дверьми. А что случится дальше они должны были знать, пожалуй, слишком уже хорошо. А она ведь предупреждала. Предупреждала. Анвен сорвалась с места, с трудом не переходя на бег, - нам нужно торопиться, поезда прибывают через четверть часа.

❖ СВЯЗЬ оставьте средства связи в гостевой, я обязтельно свяжусь!

Отредактировано Anwen Wenlock (12 июня 18:21:53)

+3

9


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

OSKAR HANSSON
БРАТ ХОДЯЧЕЙ БИБЛИОТЕКИРАЗЫСКИВАЕТ ЛЕГИЛИМЕНТА, ОХОТЯЩЕГОСЯ ЗА ФОЛИАНТАМИ ИЗ НЕЕ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://25.media.tumblr.com/d2888d1767a4dec2163055b2ebc972b4/tumblr_mznxrmiwly1scatnpo7_r1_250.gif  http://31.media.tumblr.com/e3ca053cdcf18db3246187adffc40eb6/tumblr_mznxrmiwly1scatnpo10_r1_250.gif


andrew scott


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Оскар не имеет места жительства и места рождения. Оскар - сорняк, выросший где-то на окраине Европы, чтобы быть вырванным с корнем и катиться по миру. Но кажется, что его вырастили шведские ветра: страны, забывшей войны, замерзшей во времени, да так, что в аптеках в баночках сплошные яды. Отец Оскара, вроде бы, был продавцом отрав. Отец Оскара, вроде бы, не любил свою жену, но любил сына. Отец Оскара, вроде бы, грезил о дуэлях, не зная ничего о битвах. И учил своего сына выдуманным боям, обманывая того своим "величием воина". Это было около сорока лет назад.

Войну он распробовал на вкус. Не понравилось. Он вошел в гильдию охотников за головами в сознательном возрасте, отучившись в темной школе магии Дурмштранга и позабыв дорогу к отцовской лавке с зельями - ядов в действительности там было немного. И вот же было его призвание, вот же настоящие дуэли, настоящая охота, настоящие враги. Но пусть он только выполнял заказы, пусть он только был ножом в руке настоящих убийц, судьба навязала ему так много неприятелей, что путь во многие магические тюрьмы ему был заказан, а иные маги устраивали облавы на Оскара.

Оскар не растерялся. Оскар расправлялся со своими врагами, не бежал от них, хотя и покинул гильдию охотников за головами в еще относительно молодом возрасте и с полным набором конечностей. А еще невероятно сильными навыками легилемента, позволяющими ему вовремя узнавать о приближении неприятелей. Со временем ему даже стало интересно, как можно... поинтереснее избавиться от человека, волшебника, организации. Свои услуги вне действующих гильдий он стал предлагать с особой аккуратностью. Прозвища Оскара бегут впереди него. Городские легенды Европы сходятся на том, что вызвать охотника за головами можно, написав кровью на черепе скандинавскую руну. Но то лишь легенды... А может и нет.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Дракул Калгори перебежал дорогу Оскару лет восемь назад. Своими изысканиями, а глава рода Калгори занимался поисками книг о черной магии, Дракул помешал Оскару в выполнении работы, они не слишком сошлись в своей любви к темным заклятьям и расстались врагами. Через свои связи Ханссон узнает, насколько действительно известна библиотека Калгори, что на нее покушался сам Гриндевальд. И не смог ее достать. Но когда Оскар решил в нее наведаться, то и хозяин был мертв, и страницы сотен книги оказались... пусты. Но от рода остались два наследника: старший пропал давным-давно, а младший был еще на Балканах. Библиотека черной магии всерьез заинтересовала Оскара, и он занялся поисками Милоша Калгори, рассчитывая вытащить из его памяти все, что ему известно о библиотеке Калгори. Его брат этому сильно противится, используя те же пути поиска информации, что и Оскар, чтобы обнаружить ищейку до того, как тот впервые нападет на наследника Калгори. 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Внешность меняема, но этот вариант поддерживается и мной, и моим братом, и мешочком шуток за 300 во флудомыслях. Это весело. Мы любим разводить пир посреди чумы, а потом страдать. Мы любим делать добрых героев злодеями, а злодеев - героями. поэтому не рассказываю, что будем делать после того, как узнаем о существовании друг друга: можно попытаться убить, можно пойти на сговор, можно подписаться на работу к Гриндевальду. Вариантов же несколько, на самом деле. Нам легилимент нужен и для хорошей клановой войны, и для попытки запереть память Милоша от других таких интересующихся, а то вдруг в итоге станем не такими уж врагами.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Люди тащат за собой свои тени, которые увеличиваются с падением солнца к горизонту. Они тащат за собой свою историю, мотивы, планы на будущее. В глазах наблюдателя это все мусор. Тени играют большую роль в этом представлении, а не какие-то планы в записных книжках или мечты в головах, столь малых и столь скупых для восприятия этого мира, что им просто не дано стать чем-то большим. Совокупность событий, которая называется случайностями, на самом деле называется судьбой, которую уже невозможно изменить. И если встреча произошла, то зачем-то она все же произошла, а за ней, значит, последует что-то еще.

Глядя на указатель, без которого Петер и так хорошо знает, в каком направлении Бухарест и как долго до него по магловским меркам можно добраться, он набирается сил, чтобы просто понять, зачем нужна эта встреча. Что хочет в этот раз ему сказать судьба? Была ли его мюнхенская госпитализация предупреждением, которым он воспользовался, чтобы не вскрывать карты раньше времени? Ведь все не может быть просто скопищем случайностей. Тогда бы он за ту секунду, что видел брата в коридоре Калето, не вытянул из вороха скомканных записок Русе и не угадал в синем пятне чернил на углу, что это тот самый храм, который Франк поставил на слежку. Его лицо не дрогнуло — не выдало мыслей, чувств, порывов, эмоций. Но рука все равно дрогнула, навязав Милошу Калгори еще одну встречу, гораздо более продолжительную и гораздо более уединенную, чем мгновение возле кабинета Крама.

Это слабость. Непозволительная промашка, сделанная как уступка памяти, в которой теснятся семнадцать лет жизни с еще одним именем в нагрудном кармане, которое постепенно опадает ближе к сердцу. И в конце карман вырывается. Грязно. С нитками, торчащими во все стороны. С дырами на рубашке. Но лишь бы ничего больше не напоминало о том, что это имя там хранилось. Новый карман пришивается шелковыми нитками, но игла часто не попадает в те же отверстия, и оставляет болезненные пустоты незаполненными.

В этих пустотах что-то скребется. Зовет. Именно оно дернуло руку и быстро сплело формулу заклинания перемещения. Именно оно выписало вопрос «Как он смог сбежать из Брана?» Это все оно, а вовсе не Петер Дюнкле, который просто прошел мимо, обозленный на МРАК и в частности на слишком подозрительного шефа этой организации.

От указателя до храма не так далеко, и Петер точно знает, что все-таки, спустя несколько дней Милош все-таки прошелся под этими сводами. Серебряный лев голосом Франка сказал ему об этом даже слишком равнодушно. Не то чтобы румын ждал этого сообщения, хотя несколько раз все-таки переспрашивал затаившегося на севере Болгарии помощника о том, как поживает Павел. Не придет, значит, не придет. Значит, Дюнкле понял все правильно, вычеркнув каждое слово возле фамилии Калгори, а в конце просто спалив ее вместе с отцом. Ему ведь так не нравилось, что Петер жжет книги.

Каким-то образом надо все-таки войти в собор. Каким? Ногами, вестимо. Это логично и в общем-то не имеет никакого особо смысла, который нужно читать между слов. Нужно подняться на колокольню, не сомневаясь в своих шагах. Ветер свистит на лестнице, разбрасывая холод и перехватывая дыхание волшебника. Он закрывается воротником красной мантии, но закрыть свистящие дыры в левых ребрах ему не удается.

Запах сигарет настораживает, и Петер даже в первую секунду думает, что Франц ошибся, но по голосу спокойно узнает Милоша. Плечи от этого не расслабляются, но ощущение, что все идет по задуманному плану, дарит силы, чтобы сохранять лицо.

Я начал седеть еще в Бране. Впрочем, тогда это последнее, над чем стоило бы задуматься, — холодно замечает Дюнкле, все еще сверля взглядом разложенные окурки. У каждого своя слабость, которую придумал маглвоский мир. Этот треклятый мусор умеет выдумывать только цепи, чтобы ограничивать. Но это тоже люди, и они достойны жизни.

Да, наверное здесь красиво, — уклончиво замечает Петер. — Здесь в подвальном помещении болгарские чернокнижники прятали книги с обложками из человеческой кожи. Их недавно взяли авроры местного правительства. Маленькое дело. Вашему шефу оно даже на глаза не попадалось.

Историческую справку Петер дает скупо, опустив воротник и сложив руки за спиной, все еще качаясь на грани между площадкой и последней ступенью, ведущей наверх. Его не интересует момент строительства этого относительно нового собора и как много он значит для границы между Румынией и Болгарией. Их здесь держали книги и люди, которые их собирали и писали. Подобный вид собирательства вызывал у Дюнкле тошноту.

А ты нашел себе новый замок, воспользовался Гриндевальдом так, как он даже не мог подозревать, и приобрел вредную привычку, о которой когда-нибудь пожалеешь. Мы не достаточно посоревновались в наблюдательности или можно продолжить в другой октаве? — от лестницы Петер не видит лица Милоша, но это не его прихоть, а брата, который на него не оборачивается. Против зимнего неба слабый на глаза румын бы все равно не смог разглядеть ту самую эмоции, которую ему удобнее всего было бы трактовать как равнодушие. — Твой побег из Брана затянулся, надо сказать.

❖ СВЯЗЬ через лс или скайп avantena

+6

10


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

НИКОЛАС ФЛАМЕЛЬ
АЛЬБУС ДАМБЛДОРРАЗЫСКИВАЕТ ДРУГА И НАСТАВНИКА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s8.uploads.ru/t/5SuOC.jpg


Шон Коннери смена внешности


занят
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

О Николасе Фламеле почти ничего не известно, а значит, остаётся простор для фантазии. Каким будет ваш Фламель: спокойным или темпераментным, домоседом или авантюристом, весельчаком или молчуном - всё это на ваш выбор.
Всё же, что нам известно - это то, что Николас алхимик, весьма талантливый при том, ведь ему удалось создать единственный в мире философский камень. И что он женат.
У этого персонажа есть реальный прототип, и если Вы захотите вдохновиться историей его жизни - это будет здорово, но если нет - здорово тоже, ведь тогда получится что-то своеобразное и необычное.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Мы познакомились в 1907 году в Тулузе на конференции. Вы сразу очаровали меня своим умом и ироничностью.
Было совершенно неважно, что разница в возрасте у нас исчисляется веками.
Мы стали переписываться, надеюсь, что и встречались ещё не раз. Нас связывает та дружба, которая возникает между двумя умными и талантливыми учёными, для которых страсть к науке частенько заменяет другие страсти.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Мне бы было очень интересно отыграть и само знакомство, и переписку (моё давнишнее желание - отыгрыш в письмах!),
и какие-то эксперименты с магией, а можно и дружеские посиделки далеко за полночь с дискуссиями и алкоголем. С меня, увы, надо иногда сбивать спесь, а потому я не жду особо слащавых отношений, тут скорее перчёная такая дружба, но в любом случае она основана на взаимном уважении.
Опять же - я открыт предложениям и не хочу ограничивать Вас в Ваших задумках.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

- Я очень надеюсь, Алистер, что мне больше не придётся проводить с вами подобных бесед. И находить у вас подобных... Штучек. Можете идти.
Когда за мальчиком закрылась дверь, Альбус посмотрел на часы. До прихода мисс Голдштейн оставалось пятнадцать минут. Он ещё раз пробежал глазами записку, в которой женщина просила о встрече, ссылаясь на рекомендацию Ньюта Скамандера. Вероятно можно было бы подобрать вежливые слова для отказа так, что бы не обидеть её чувств, однако не было ни одной причины не встретиться. Школа опустела - большинство учеников разъехались на каникулы, а оставшихся было настолько мало, что следить за порядком было совсем несложно. Правда, Пивз словно с цепи сорвался, устраивая бесчинства по всему Замку, но Альбус замолвил о нём словечко в недавнем разговоре с Кровавым Бароном, и полтергейст на время приутих. Так что время на разговор было. Кроме того Альбусу было весьма интересно, можно даже сказать любопытно - он успел навести кое-какие справки. Мисс Голдштейн прибыла из Нью-Йорка уже после событий, разразившихся там. И если он верно понял судорожно дёргавшуюся бровь своего приятеля из "Ежедневного пророка", она принимала деятельное участие в ноябрьских происшествиях.
Стук в дверь оповестил о приходе гостьи. Мисс Голдштейн прибыла несколько раньше, но Альбус не подал вида, что заметил это. Он поднялся, чтобы пожать протянутую досочкой ладонь, предложил располагаться в удобном кресле. Она держалась очень напряжённо, прямая, как палка. Казалось, ей стоит немалых усилий не дрожать, словно она скована застенчивостью, если не сказать страхом.
Альбусу много раз доводилось разговаривать с людьми, находящимися на грани обморока от ужаса. Юные волшебники всегда боятся своих преподавателей больше, чем те заклинания, которые используют в коридорах, игнорируя запреты. Так что ничего нового в ситуации не было. Хотя обычно его собеседники намного моложе и их страх более понятен. Впрочем, это не так уж и важно.
Взяв на себя роль радушного хозяина, Альбус ободряюще улыбнулся своей гостье.
- Весьма взаимно, мисс Голдштейн. Хотите чаю? Я вот очень хочу.
Пользоваться услугами домовиков Альбус не очень любил, предпочитая справляться своими силами там, где этих сил требуется совсем немного. В очаге его камина висел некогда блестящий, а теперь совсем тусклый медный чайник, а на стоящем в углу столике нашлись вазочки с вареньем, несколько кексов, конфеты и вафли. Среди слабостей Альбуса самой явной была любовь к сладостям. Всё это великолепие перекочевало на письменный стол, с которого профессор убрал свитки успеваемости и ведомости, которыми занимался с утра.
- Не скромничайте, - весело улыбнулся всё ещё скованной гостье Дамблдор, наливая чай и подвигая блюдечко с абрикосовым вареньем. Он знал, что лучший способ разговорить стесняющегося человека - это самому болтать безумолку, пока тот не расслабится. А потому принялся расхваливать сладости, купленные в Хогсмиде, заодно рассказав о главных достопримечательностях этого уголка Британии.
- Нет, нет, только не эти! - мисс Голдштейн протянула руку к вазочке с разноцветными конфетками. Альбус накрыл вазочку ладонью. - Прошу прощения, забыл их убрать. Боюсь, эти конфетки попытаются укусить вас в ответ. Только что конфисковал их у одного толкового, но весьма... своеобразного юноши. Несмотря на то, что я не одобряю подобных шуток, я всё-таки хочу предварительно изучить эти конфеты. Знаете, чары могут много рассказать о волшебнике, их наложившем. Да, вот эти совершенно безопасны! - Альбус подтолкнул другую конфетницу, приветливо улыбаясь. Похоже мисс Голдштейн начала немного оттаивать, а потому он решил переходить к разговору.
- Итак, как дела у Ньюта? Совершенно замечательный молодой человек, не правда ли? Он рассказывал вам о Фоуксе? Это феникс. Удивительное создание. Когда-нибудь я расскажу вам о том, как он у меня появился. Или это расскажет сам Ньют. Занимательная, скажу я вам, история!

❖ СВЯЗЬ ЛС, если нужно - дам вконтакт.

+6

11


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

КАЙЯ НЮГОР
РУМЫНСКИЙ КОЛДУНРАЗЫСКИВАЕТ НОРВЕЖСКУЮ ВЕДЬМУ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://images.gr-assets.com/hostedimages/1434229657ra/15187074.gif https://78.media.tumblr.com/0c258f90321b03d366d78e819fcf1de1/tumblr_npv6mwWKS61qcvbteo3_250.gif


tuppence middleton


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

У ведьмы на севере должно быть клеймо дьявола. У Кайи родинка в виде копытца. Она была объявлена между селянами одной норвежской деревушки ведьмой еще до того, как в ней проснулись магические силы. Повитуха растрезвонила по всей округе, а семья, и так бывшая волшебной, приняла на себя долю изгоев. Хотя к ним все равно приходили лечиться, за советом, за предсказанием...

Кайя ворожея, она не училась в Дурмштранге, ее учили ее родители, две ее бабушки и старшая сестра. Взращивали ее северные окраины полуострова, леса и фьорды, холод и ветер. Костров ради ее семьи не жгли, а потому век словно застыл в своей безучастной тишине.

Ворожею Кайю в пятнадцатилетнем возрасте украли темные волшебники, оставив на запястьях следы от огненных пут. Ей в заключении пришлось пройти до самого Стамбула. Но война была в самом разгаре, волшебники смешивались с маглами, поэтому сбежать удалось во время очередных столкновений армии. И среди беженцев, не имея понятия об аппарации, она шла на север, чтобы вернуться, по возможности пытаясь помочь раненым.

Ее путь лежал через города, поля битв, даже через лечебницы для душевнобольных. Судьба увела ее в Баварию, где она примкнула к ковену местных ведьм, изначально поддерживающих идею помощи всем, кто к ним обратится. Но с течением времени взгляды поменялись, все больше на них оказывали влияния люди Гриндевальда, завоевавшие некоторую популярность среди жителей Баварии. Некогда помогавшие даже маглам ведьмы стали оказывать свои услуги только волшебникам. Кайе это пришлось не по душе, но ей поздно уже было бежать из Германии, а из ковена просто так не выходят... Ворожея оказалась в западне, и ей оставалось либо смириться с происходящим, наблюдая в картах безрадостные картины будущего, либо начать сопротивляться.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Впервые Кайя пересеклась с Матеем Калгори, называвшем себя тогда Михаем, когда оказалась насильно удерживаемой в больнице для душевнобольных. Действительно, стоит ли убеждать венгерских санитаров в том, что она волшебница? Да и кто из местных знает норвежский? Никто. Михай, будучи одним из пациентов, с трудом понимал Кайю, различая только интонации. Она же поняла, что его незаживающие раны имеют магический характер и узнала в пациенте такого же волшебника. Вместе они выбрались из психушки, хотя Михай уверял, что он просто там отдыхал, но потом их пути разошлись.

Ныне же, когда Михай стал носить имя Петера Дюнкле, они пересеклись в Мюнхене, и Кайя стала что-то вроде информатора для румынского волшебника. Она же просит у него помощи, чтобы выбраться из ковена, но он только кормит ее обещаниями, усугубляя положение норвежской ведьмы тем, что подрывает ее веру в возможное товарищество. Петеру выгодно иметь информатора изнутри, пусть ковен напрямую и не относится к Гриндевальду, но пристроился поблизости. И, соответственно, Кайю он тоже только использует.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Время недотоварищества и манипулирования! У Кайи есть много возможностей завести знакомства в прошлом, благо она такой же путешественник в силу различных причин, что и Петер (а у нас таких много), а мне интересно разыграть языковой барьер в психушке, возможное решение с помощью рун, дальнейшее использование старого знакомства и возможно даже вражду. Внешность непринципиальна, возраст тоже можно поправить. Но оказаться в венгерской психушке Кайя должна осенью 1916-го. В остальном все очень легко можно обсудить и поменять.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Люди тащат за собой свои тени, которые увеличиваются с падением солнца к горизонту. Они тащат за собой свою историю, мотивы, планы на будущее. В глазах наблюдателя это все мусор. Тени играют большую роль в этом представлении, а не какие-то планы в записных книжках или мечты в головах, столь малых и столь скупых для восприятия этого мира, что им просто не дано стать чем-то большим. Совокупность событий, которая называется случайностями, на самом деле называется судьбой, которую уже невозможно изменить. И если встреча произошла, то зачем-то она все же произошла, а за ней, значит, последует что-то еще.

Глядя на указатель, без которого Петер и так хорошо знает, в каком направлении Бухарест и как долго до него по магловским меркам можно добраться, он набирается сил, чтобы просто понять, зачем нужна эта встреча. Что хочет в этот раз ему сказать судьба? Была ли его мюнхенская госпитализация предупреждением, которым он воспользовался, чтобы не вскрывать карты раньше времени? Ведь все не может быть просто скопищем случайностей. Тогда бы он за ту секунду, что видел брата в коридоре Калето, не вытянул из вороха скомканных записок Русе и не угадал в синем пятне чернил на углу, что это тот самый храм, который Франк поставил на слежку. Его лицо не дрогнуло — не выдало мыслей, чувств, порывов, эмоций. Но рука все равно дрогнула, навязав Милошу Калгори еще одну встречу, гораздо более продолжительную и гораздо более уединенную, чем мгновение возле кабинета Крама.

Это слабость. Непозволительная промашка, сделанная как уступка памяти, в которой теснятся семнадцать лет жизни с еще одним именем в нагрудном кармане, которое постепенно опадает ближе к сердцу. И в конце карман вырывается. Грязно. С нитками, торчащими во все стороны. С дырами на рубашке. Но лишь бы ничего больше не напоминало о том, что это имя там хранилось. Новый карман пришивается шелковыми нитками, но игла часто не попадает в те же отверстия, и оставляет болезненные пустоты незаполненными.

В этих пустотах что-то скребется. Зовет. Именно оно дернуло руку и быстро сплело формулу заклинания перемещения. Именно оно выписало вопрос «Как он смог сбежать из Брана?» Это все оно, а вовсе не Петер Дюнкле, который просто прошел мимо, обозленный на МРАК и в частности на слишком подозрительного шефа этой организации.

От указателя до храма не так далеко, и Петер точно знает, что все-таки, спустя несколько дней Милош все-таки прошелся под этими сводами. Серебряный лев голосом Франка сказал ему об этом даже слишком равнодушно. Не то чтобы румын ждал этого сообщения, хотя несколько раз все-таки переспрашивал затаившегося на севере Болгарии помощника о том, как поживает Павел. Не придет, значит, не придет. Значит, Дюнкле понял все правильно, вычеркнув каждое слово возле фамилии Калгори, а в конце просто спалив ее вместе с отцом. Ему ведь так не нравилось, что Петер жжет книги.

Каким-то образом надо все-таки войти в собор. Каким? Ногами, вестимо. Это логично и в общем-то не имеет никакого особо смысла, который нужно читать между слов. Нужно подняться на колокольню, не сомневаясь в своих шагах. Ветер свистит на лестнице, разбрасывая холод и перехватывая дыхание волшебника. Он закрывается воротником красной мантии, но закрыть свистящие дыры в левых ребрах ему не удается.

Запах сигарет настораживает, и Петер даже в первую секунду думает, что Франц ошибся, но по голосу спокойно узнает Милоша. Плечи от этого не расслабляются, но ощущение, что все идет по задуманному плану, дарит силы, чтобы сохранять лицо.

Я начал седеть еще в Бране. Впрочем, тогда это последнее, над чем стоило бы задуматься, — холодно замечает Дюнкле, все еще сверля взглядом разложенные окурки. У каждого своя слабость, которую придумал маглвоский мир. Этот треклятый мусор умеет выдумывать только цепи, чтобы ограничивать. Но это тоже люди, и они достойны жизни.

Да, наверное здесь красиво, — уклончиво замечает Петер. — Здесь в подвальном помещении болгарские чернокнижники прятали книги с обложками из человеческой кожи. Их недавно взяли авроры местного правительства. Маленькое дело. Вашему шефу оно даже на глаза не попадалось.

Историческую справку Петер дает скупо, опустив воротник и сложив руки за спиной, все еще качаясь на грани между площадкой и последней ступенью, ведущей наверх. Его не интересует момент строительства этого относительно нового собора и как много он значит для границы между Румынией и Болгарией. Их здесь держали книги и люди, которые их собирали и писали. Подобный вид собирательства вызывал у Дюнкле тошноту.

А ты нашел себе новый замок, воспользовался Гриндевальдом так, как он даже не мог подозревать, и приобрел вредную привычку, о которой когда-нибудь пожалеешь. Мы не достаточно посоревновались в наблюдательности или можно продолжить в другой октаве? — от лестницы Петер не видит лица Милоша, но это не его прихоть, а брата, который на него не оборачивается. Против зимнего неба слабый на глаза румын бы все равно не смог разглядеть ту самую эмоции, которую ему удобнее всего было бы трактовать как равнодушие. — Твой побег из Брана затянулся, надо сказать.

❖ СВЯЗЬ через лс или скайп avantena

+4

12


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ДИРК ВАГНЕР
БЕЗУТЕШНАЯ ВДОВАПРОСИТ ЛЮБИМОГО СУПРУГА ВОСКРЕСНУТЬ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s8.uploads.ru/2PQ36.jpg


Paul Bettany (возможна замена по согласованию)


занят
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты родился в обычной маггловской семье, вернее, твоя мать была сквибом, а отец магглом. Вероятно, гены матери повлияли на то, что вы с твоим младшим братом оба стали волшебниками. Твой магический дар проявился не просто рано, к тому моменту, как ты получил приглашение в Дурмстранг, ты неплохо управлялся беспалочковой магией, мог передвигать предметы, зажигать огонь, создавать воронку в спокойной стоялой воде. Мать помогала тебе освоиться, она довольно много знала о волшебстве, хоть сама и была лишена способности к колдовству. В школе ты быстро добился успехов в учёбе, авторитета среди сверстников, ты был очень активным студентом и капитаном сборной по квиддичу. Умея комбинировать беспалочковую магию и заклинания, ты безупречно овладел искусством отвлечения внимания противника, совершая немудрёные телекинетические манипуляции, тем самым сбивая противника с толку. В школе во время учебных дуэлей преподаватели не одобряли такие методы ведения боя, но позднее в Аврорате оценили по достоинству твои смекалку и скорость реакции.
Бриджит – была дочерью друзей твоих родителей. Маггловская девушка часто посещала ваш дом, играла с тобой и твоим братом. Сложно назвать её красавицей, но тебе нравилось проводить с ней время. Ты показал ей свои волшебные таланты ещё когда тебе было девять, а ей восемь, и взял с неё обещание никому никогда не рассказывать об этом. Она сдержала тайну. Вы переписывались во время твоей учёбы. Оны передавала и получала письма через твоих родителей. Когда ты закончил школу, вы практически сразу поженились, но не успел закончиться медовый месяц, как тебе, одному из самых перспективных выпускников своего года поступило приглашение работать в аврорате.
Это была работа твоей мечты, ты делал большие успехи, огромными шагами продвигаясь по карьерной лестнице. Умный, смелый, решительный, в бою ты был безупречен не только как боец, но и как тактик и руководитель группы. Разумеется, работа требовала огромных усилий и немало времени, тебя могли выдернуть с постели среди ночи или с семейного пикника на природе. Разумеется, Бриджит это не нравилось. Она ненавидела твою магию и запретила тебе использоваться ей дома или в её присутствии. Ты не сопротивлялся, покорно согласившись изображать простого маггла в присутствии жены. Появление сына, как казалось Бриджит, должно было наладить отношения и вынудить мужа чаще бывать с семьёй. Первое время и впрямь так было, ты обожал своего ребёнка и правда старался проводить с ним больше времени, но работа вновь взяла верх. Твоя жена искренне надеялась, что её сын не станет волшебником, но надежды не оправдались. Она не хотела отдавать его в магическую школу, надеялась скрыть проявления волшебства, надеялась, что от этого можно избавиться, перерасти, ты постоянно ссорился с ней по этому поводу – даже твоё самообладание давало сбой, - ты рассказывал ей про обскуров, о том, как это опасно, и она сдалась. Ваша дальнейшая совместная жизнь едва ли отличалась теплотой, вы оставались рядом скорее по привычке. Возможно, у неё был кто-то ещё – ты понятия не имел, так как приходил домой только переночевать.
Ты думал, что так и проживёшь всю свою жизнь, пока в неё не ворвалось два человека, перевернувших её с ног на голову. Первый из них – Данимир Крам. Вы какое-то время служили вместе и стали добрыми друзьями. Он был одним из первых, кто брался утверждать об опасности, которая грозит привычному миру и исходит от волшебника Геллерта Гриндевальда. Так или иначе, ты не только поддержал идеи друга, но и, пользуясь ресурсами министерства и своим влиянием, оказывал посильную помощь в расследованиях. Во время общения с одним из подозреваемых пособников Гриндевальда ты и встретил меня. Тебе тогда было под сорок, мне едва исполнилось двадцать. Ничего не предвещало того чувства, что появилось между нами. Ты покорил меня своей улыбкой, простотой и обаянием, а так же потрясающим чувством юмора. Сначала мы общались, находя друг друга интересными собеседниками, я постоянно искала встречи с тобой, «случайной», ненавязчивой. Не помню, в какой момент поняла, что влюбилась в мужчину почти вдвое меня старше, из семьи магглов – чего точно не одобрили бы мои чистокровные родители. Не говоря уже о том, что ты был женат. Твой сын на тот момент уже закончил школу и собирался посвятить свою жизнь созданию и изобретению зелий. Наверное, я и могла бы отказаться от наших платонических, но таких тёплых встреч, от твоей улыбки, от мечты о тебе – могла бы, не окажись притяжение взаимным. Я не знаю, чего стоил тебе развод с женой, но это произошло как-то очень быстро, вероятно вы оба были к этому готовы.
Мы быстро сошлись и довольно скоро поженились, ты так и не познакомился с моими родителями, которые были предсказуемо против нашего союза. Но это всё ушло на второй план, главным для нас были мы. Ты аврор, я же служила в разведке, иногда нам выпадало работать вместе. Я помогала тебе и Краму в поисках Гриндевальда, и однажды эти попытки увенчались успехом, если можно это так назвать. Мы были абсолютно счастливы почти пять лет к тому моменту, как мне удалось выяснить пункт назначения очередного теракта. Мы рассчитывали взять там хотя бы несколько сторонников Геллерта, и уж точно никак не ожидали встретить его самого. Опасаясь за мою жизнь, ты отправил наш отряд по ложному следу и столкнулся с главным врагом лицом к лицу. Ты был искусным бойцом – смелым, быстрым и непредсказуемым, но Гриндевальд оказался сильнее. Я видела лишь как тебя отбросило слетевшим с палочки заклинанием, а потом прогремел взрыв.
Ты погиб – я видела это сама, видела не только я, так говорили многие. Вот уже четвёртый год я пытаюсь смириться с этой мыслью.
Ты меня не помнишь. Ты не помнишь ничего, что связано с твоим настоящим прошлым. Твои воспоминания исправили, изменили, подрисовали под нужные цели. Гриндевальд мог убить тебя, но ты ему показался более чем достойным противником, и он захотел сотворить из тебя не менее достойного союзника. Теперь у тебя другие идеалы, другие цели и задачи, и мы по разные стороны. Я пока не знаю об этом, и мы оба не представляем, что произойдёт, если мы увидим друг друга вновь.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты был для меня всем. Мы были влюблены и счастливы. Я и сейчас люблю тебя, хоть и знаю, что тебя больше нет. Я вспоминаю тебя, ты мне снишься, я рисую твоё лицо карандашом на бумаге – обычным маггловским карандашом на обычной бумаге. Узнать, что ты жив – самое большое счастье для меня. Узнать, что ты меня не помнишь – большая боль.
Дальнейшее развитие – чистый лист, на котором мы можем написать всё что угодно. Разумеется, мы встретимся снова, причём, отнюдь не в дружелюбной обстановке. А дальше зависит от Вас и Вашего восприятия персонажа – можно ли стереть вместе с памятью чувства, или они дадут о себе знать)

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Что нужно знать о заявке: любые желаемые изменения можно попробовать согласовать. Второе имя персонажу, имена родителям, брату, сыну и т.д. можете придумать сами, имя первой жены так же можно заменить. По остальным изменениям и вообще по всем вопросам лучше обращаться ко мне напрямую.
Что нужно знать о персонаже: как видно из заявки, линия у него довольно интересная, он побывал на обеих сторонах, и сейчас перед ним стоит множество сложных и важных задач. Думаю, мастера в квестах так же не смогут обойти его стороной.
Что стоит знать обо мне: я могу писать посты как каждый день, так и раз в неделю - зависит от свободного времени и вдохновения, но в целом я игрок довольно стабильный. Предпочитаю играть от первого лица, от какого будете играть Вы мне не важно, как Вам будет удобно.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

- Я нашел колдомедика. – Мирьо протягивает мне чашку с горячим чаем, и я обнимаю её ладонями, уютно устроившись в на мягком диване и подобрав под себя ноги. Мужчина наливает чай во вторую чашку и садится рядом со мной.
- Это хорошая новость. Та самая девушка, что спасла тебя в Берлине? – Один из тех случаев, когда Данимир едва не умер, тогда мы все испугались за его жизнь, ведь он не появлялся в замке двое суток. Один из тех случаев, когда он подумал, что на его месте мог оказаться кто-то из нас. То происшествие и укрепило его уверенность в том, что штатный медик нам необходим, а та девушка, очевидно, запала в душу. – Сольвейг. Она согласилась?
- Да, - он отвечает и опускает взгляд. – Она.. кажется мне вполне надёжной, - говорит, словно я сомневаюсь, но мы оба понимаем, что он говорит это скорее самому себе. Доверие – хрупкий сосуд. Я не уверена, что он даже мне доверяет в полной мере – впрочем, выбора у него не остаётся, его не было фактически с первых дней нашего общения, когда он сам уговорил меня навести порядок в его голове.
- Когда она прибудет? - Я делаю глоток чая, не отрывая взгляда от друга.
- Через неделю, - он отвечает мгновенно, будто ждал этого вопроса. И кто из нас после этого легилимент? – Я бы хотел, чтобы ты поговорила с ней.
- Мирьо, - я ставлю чашку на столик, чтобы случайно не разлить на себя горячее содержимое, - от меня и так все по углам прячутся. Если я ещё допросы начну устраивать, меня и вовсе предадут анафеме. 
- Нет, не так, - он качает головой. – Ты сможешь её встретить? – он смотрит на меня, и я, чуть помедлив, киваю в ответ и снова тянусь к чашке с чаем. – Просто поговори с ней, я хочу знать твоё мнение.
- Хорошо, - соглашаюсь я, чуть придвигаясь. Сжимаю рукой его тёплые пальцы и заглядываю в глаза: – Не думай о плохом, Мирьо. Я сама собирала досье на эту девушку. Уверена, ты в ней не ошибся.


Мне нравится она уже тем, что в качестве транспорта выбрала самый  обычный поезд. Я люблю всё маггловское, потому что этот мир был привычен и дорог Дирку. В нашу первую встречу он пытался вытереть пятно от кофе с мантии салфетками.  Возможно, именно тогда я в него и влюбилась. Сейчас мне кажется, что я и вовсе любила его задолго до нашей первой встречи. Я достаю из кармана плаща маленькие часики на длинной цепочке и откидываю крышку. Поезд должен прибыть с минуты на минуту. На перроне толпятся мужчины с цветами, разодетые женщины, между ними бегают дети. Иногда мы с Дирком играли в такую игру - смотрели на влюблённую пару, семью или одинокого старика на лавке в парке и придумывали между собой им имена и истории.

Замедляющийся стук колёс и сигнальный гудок свидетельствуют о приближении поезда, и вот он подходит. Я стою чуть поодаль и считаю вагоны. Сольвейг должна выйти из восьмого, её купе ближе к правому выходу, туда и подхожу, когда состав останавливается. Я всматриваюсь в лица людей, высыпающих на перрон. Я узнаю ее по лёгкой сумке, миниатюрной фигуре, невзрачным оттенкам в одежде, по её простоте и обычности, которая кажется весьма незаурядной в этой пёстрой и наполненной радости встречи атмосфере. Я направляюсь к ней и замираю, не в силах пошевелиться, когда, наконец, могу рассмотреть её лицо. Я помню эту девушку, и это определённо она. Только вот при нашей прошлой встрече её звали не Сольвейг, как представляется она сейчас.

- Агейп, - отвечаю я, пытаясь не выдать голосом всю бурю, что поднялась у меня внутри. Своим голосом, своими умными внимательными глазами, полными заботы и участия она в одну секунду вернула меня туда, где я её видела. – Давай уйдём отсюда, слишком много людей, - бормочу, понимая, чего мне может стоить эмоциональный всплеск на вокзале, полном магглов. Я стараюсь отвлечься,  в надежде, что мои волосы или глаза ещё не поменяли цвет. Я беру под руку свою спутницу, чтобы не потерять её в толпе. Когда мы, наконец выбираемся на улицу, я отпускаю руку девушки. Здесь тоже много людей, но они хотя бы не окутывают нас плотным кольцом со всех сторон. – Нам туда, - я показываю в сторону припаркованного автомобиля, рядом с которым стоит Арчи. – Это Арчибальд, дворецкий и душа замка Калето. – Мужчина склоняется, чтобы поцеловать руку Сольвейг, а потом открывает перед нами дверь автомобиля.

Я сажусь рядом с девушкой-колдомедиком. Не так я представляла себе эту встречу. Как я могла не узнать её по колдографии? Уму непостижимо, собрать целое досье на человека и даже не понять, что видел его раньше. Мы обе молчим, и я понимаю, что она в том ещё замешательстве. Ещё бы, наверное, не такого приёма она ждала. Я понимаю, что должна что-то сказать, но не могу подобрать слов, а она и не думает мне помогать.

- Третье октября тысяча девятьсот двадцать третьего, - говорю я тихо, опустив взгляд, чтобы сдержать слёзы, рвущиеся навстречу нахлынувшим воспоминаниям. - Теракт в Мюнхене, - не думала, что это будет так тяжело произнести. – Меня привезли вместе с пострадавшими, - в тот день туда свозили всех без разбору. И волшебников и магглов. Проще было потом почистить память, чем на месте выяснять, кто есть кто.

- Вам нужен отдых, - говорит полная женщина мне, пока я уговариваю её позвать моего мужа. Я спрашиваю, что с ним, вылечат ли его, когда я смогу его увидеть, а она повторяет одно и то же как заведённая игрушка. Пластинка меняется внезапно: – Ох, Соль, ну наконец-то!

Соль? Почему она так радуется соли? Приятный голос говорит что-то про испачканный халат, я ничего не соображаю, только хочу знать, что с Дирком всё в порядке. Я пытаюсь сморгнуть слёзы застилающие глаза как раз в тот момент, когда к моему носу подносят что-то ароматное. Я вижу перед собой девушку, молодую, очень хорошенькую, но её лицо расплывается передо мной, я продолжаю что-то бормотать, но утопаю в чём-то мягком, а лицо брюнетки растворяется.

Проснувшись, я не сразу открываю глаза, по привычке пытаясь найти рукой спящего рядом мужа, но вместо второй половины кровати кисть нащупывает пустоту. Сон снимает как рукой. Я открываю глаза и сажусь в кровати, которая оказывается не моей, а кругом несколько ещё таких же, большинство занято другими людьми. Я спускаю ноги на пол и встаю на него, голова идёт кругом и я хватаюсь за край кровати, чтобы не упасть. Постепенно возвращаются воспоминания минувшей ночи, ведущей меня к тому, как я здесь оказалась. Нет, этого не могло произойти на самом деле, это лишь дурацкий сон. Ночной кошмар. Я уверена в этом, потому что не чувствую боли. Мне нужно найти доктора.

Я выхожу из палаты и ступаю по коридорам, скрестив руки на груди. Все двери распахнуты, мед.персонал проносится мимо меня, словно не замечая. Я нахожу её совсем рядом. Та девушка, которую я видела, прежде чем отключиться. Она в соседней палате от моей, общается с пациентом, задаёт ему какие-то вопросы, но не может получить вразумительные ответы. То ли он нем, то ли не говорит на немецком. Я решаю подождать и подхожу ближе,  мужчина пытается жестикулировать, и в его глазах читается отчаяние. Я перевожу взгляд на девушку, понимаю, что ещё целая больница пациентов, и ей нельзя потратить всё время на него одного, но и оставить его она тоже не может.

- Я могу помочь, - обращаюсь я к ней, подходя ближе. Читаю нашивку на кармане её халата "Хильда Леманн". - Фройляйн Леманн, я могу помочь, я понимаю, что он хочет сказать.

❖ СВЯЗЬгостевая-лс

Отредактировано Ageyp Wagner (1 июля 13:31:35)

+5

13


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ЦИНО ИОНЕСКУ
БЕСПУТНАЯ ЦЫГАНКА С ТРАГИЧЕСКИМ ПРОШЛЫМРАЗЫСКИВАЕТ БЫВШЕГО МУЖА И БАРО ТАБОРА------------------------------------------------------------------------------------------------------------
https://78.media.tumblr.com/ae3dde2928c73f58eb47aeab1a5b99cc/tumblr_onae5vMAjR1vtpmx7o10_500.gif

Henry Ian Cusick

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Краткие факты о Цино Ионеску:

❖ Родился в 1892 году, как вариант - в Delta Dunării (Дельта Дуная, Румыния.)
❖ Родился и вырос в румынском цыганском таборе.
❖ 13 августа 1910 года женился на Марии и остался в её таборе (нужен обоснуй).
❖ 4 октября 1914 года потерял в пожаре друзей, а так же нерождённого сына Анджело.
❖ После 1916 года живёт раздельно с Марией, в какой-то момент стал Баро её табора.
❖ Промышляет, как и его предшественник, контрабандой - артефакты, запрещённые зелья и компоненты к ним, животные, которых Министерство Магии считает опасными.
❖ Патронус Цино - Тигр




Выдержки из анкеты для тех, кому лень читать её целиком:

V. GYPSY RED13 Августа 1910 года,
Сен-Мари-де-ла-Мер, Франция.

Свадьбы в любой цыганской общине, даже маггловской, всегда были вопросом крайне важным, являясь своеобразным делом чести для обеих семей. По давней традиции, зародившейся много веков назад (папа шутил, что это случилось ещё во времена молодости самого Мерлина), Мария была посватана едва ли не с рождения, о чём возвещала особая монетка, подвешенная над её кроватью, принесённая сватами её будущего мужа. В детстве девочка безумно ею гордилась и даже какое-то время носила как украшение на своей шее, гордо выхаживая перед другими девчонками во дворе, пока к тем тоже не зачастили сваты.

Время бежало неумолимо быстро. Казалось, ещё вчера они с отцом выбирали волшебную палочку, а сегодня уже прилетела сова с известием от семьи будущего мужа: свадьбе быть в августе. Но чем больше становился мир вокруг Марии, тем меньше ей хотелось связывать себя узами брака, особенно с кем-то, кого она видела от силы пару раз в жизни. Мама улыбалась ей грустной улыбкой каждый раз, стоило двенадцатилетней Марии завести об этом разговор, отец же искренне недоумевал и не понимал её переживаний. Традиция подобных браков была заложена много веков назад и, по мнению Штефана, давала хорошие плоды - большинство семей имело до десяти детей, а уж о таком понятии как "развод" в их общине даже не слышали. Брак, связанный клятвами, что были даны при всей родне, могла расторгнуть только смерть.

Но отцу было легко судить - суженая самого Штефана умерла от брюшного тифа много лет назад, опечалив его и всю семью до глубины души, но тем же самым развязав мужчине руки. Не связанный ни с кем более обещаниями, отец женился на Флорентине - дочери почтенного итальянского целителя из Генуи, вскружив ей голову рассказами о свободе, путешествиях и вечной любви. Тина убежала со Штефаном без оглядки, и казалось, что их любовь суждена жить вечно. Лишь иногда, когда усталость дня давала о себе знать, Мария видела, как мать смотрит куда-то вдаль, взглядом, полным горькой печали и ностальгии.

Родительский брак, всегда казавшийся невероятно крепким, порой трещал по швам. Мать, гордая итальянка, чей род насчитывал уже несколько поколений достойных волшебников, даже спустя многие годы не могла привыкнуть к своему вынужденному низкому положению и необходимости притворяться ясновидящей на маггловских ярмарках. Дара предвидения у матери не было отродясь, однако она без труда читала людей, словно открытые книги - достаточно было лишь мимолётного взгляда, точно подмечавшего все детали, и портрет человека, его мыслей, тревог, надежд и желаний, был готов в голове женщины. Порой Марии думалось, что не сбеги Флора с отцом, из неё бы вышел прекрасный аврор.

Пару раз Мария даже помышляла сбежать из дома, терзаемая бунтарскими мыслями о свободе, ждущих её где-то драконах и нескончаемых приключениях, однако обречь свою семью на подобный позор не позволяла любовь к родителям, поэтому, как только подошёл срок, незадолго до своего тринадцатилетия, Мария послушно вышла замуж.

Цино, вытянувшийся и возмужавший за прошедшие годы, вызывал среди подружек Марии восторженные перешёптывания, а у самой невесты - неконтролируемые приступы паники. В его глазах цвета дёгтя было что-то опасное, чужое, и стоило Цино прикоснуться к ней - девушка вздрагивала всем телом. Перед глазами стояла просившая подаяния блаженная, которую они недавно видели на рынке к северу от Будапешта. Местные цыганки поговаривали, что её муж не только бьёт её, но даже отобрал волшебную палочку, сведя своей тиранией с ума. Эти рассказы заставляли Марию лишь сильнее сжимать палочку пальцами, цепенея от ужаса, стоило только Цино зайти в одну с ней комнату.

Всю свадебную суету девушка помнит смазано - ей всё время казалось, что она наблюдает за происходящим со стороны, словно являясь случайным свидетелем собственной жизни. Единственным светлым пятном всего этого матримониального фарса оказался подарок Цино своей невесте, совершенно необязательный, но безусловно вызвавший шквал одобрительных аплодисментов. В большой коробке, принесённой Цино и его отцом и поставленной к ногам Марии, спал маленький котёнок жмыра, свернувшись уютной баранкой, смешно пряча свой нос в густой тёмно-серый мех. Девушка замерла от неожиданности, задержав дыхание, и спустя миг подняла его на руки, счастливо улыбаясь, когда тот недовольно зевнул, демонстрируя окружающим острые, но наверняка ещё молочные клыки, и взглянул на свою новую хозяйку немигающим взглядом янтарных глаз.

Спустя с десяток песен и танцев Цино взял Марию под руку, под одобрительное улюлюканье гостей выводя из общего зала в спальню, захлопывая за ними двери, оставаясь с теперь уже женой наедине. Мария опустила голову, развязывая своё простое белое платье, расшитое маками умелыми руками матери, позволяя ему лужицей упасть к ногам, открывая взгляду Цино худое, нескладное девичье тело, и поспешно легла на кровать, зажмуривая глаза, чувствуя, как сердце бьётся в груди набатом. Холодный воздух комнаты бесстыдно лизал чувствительную кожу, тут же покрывшуюся мурашками, а песни гостей за дверью казались заупокойными песнопениями.
Юноша медлил, разглядывая свою невесту, мучительно закусившую губу в ожидании первого соития (из рассказов уже замужних подруг Мария знала, что ожидать стоит только лишь боли и стыда). Когда он опустился рядом, девушка ожидала чего угодно, но не мягкого, осторожного касания губ, согревших лёгким поцелуем её висок. Цино сел на постели, направив палочку на свою ладонь, и едва слышно что-то прошептал, а спустя пару секунд, Мария почувствовала, как по бедру потекли горячие капли. Распахнув глаза, она увидела капли крови мужа на своей коже и белоснежном хлопке постели, стекавшие с его разрезанной ладони. Она непонимающе подняла на него свои глаза, натолкнувшись взглядом на мягкую улыбку и столь необычно тёплый взгляд.
- Мы ещё успеем. Когда ты будешь готова и захочешь меня сама. - слова, сорвавшиеся с губ мужа впечатались, казалось, в её сознание, заставляя сердце замереть на высокой ноте. Неуверенно кивнув Цино в ответ, Мария тут же потянулась за своей палочкой, бормоча под нос заживляющее заклинание, жалея, что рядом нет отцовского саквояжа с зельями - ни одно заклинание не было так эффективно, как его заживляющий элексир. Когда рана затянулась до белёсого шрама, пересекшего линию жизни надвое, Мария коснулась отметины губами. Так всегда делала мама, стоило кому-нибудь из детей Караджиале рассечь коленку, порезаться или поставить болезненный синяк. Резкий выдох мужа заставил Марию поднять на него глаза - в чёрных, как антрацит, глазах читалось удивление и какое-то своеобразное волнение.
- Чтобы не болело. - пояснила девушка, опустив глаза.
- Чтобы не болело... - повторил юноша, выдыхая и притягивая к себе жену, устраивая её голову на своём плече, собираясь с силами, чтобы выйти к гостям с традиционными доказательствами чистоты невесты, скрепляя их брак спасительной ложью.

VI. ARSENIC BLACK4 Октября 1914 года,
Лес Хоя-Бачу, Румыния.

Сколько Мария себя помнит, отец всегда был эксцентричным, даже по меркам магического мира. Он мог неделями пропадать в горах, выслеживая с дядей Ионом диких гиппогрифов, чтобы затем втридорога продать их перья производителям волшебных палочек, развести целое стало лунотелят ради удобрения, так ценимого в магической ботанике, или пригнать выводок ишак ради их кожи. Штефан, уже из более благородных побуждений, запросто мог притащить домой и выходить раненного джарви, научившего Марию с братьями таким словечкам и выражениям, что мама ещё долго швырялась в отца проклятиями и сглазами, крича на весь табор, что он портит её детей. Рваные раны, оставленные кусачим зверьком на руках и ногах отца, девушке пришлось залечивать тайком от матери - Флорентина была совершенно непреклонна в своём гневе.

Но самой большой страстью отца были, безусловно, драконы. Он мог часами рассказывать о разных породах драконов, часть из которых ему довелось увидеть воочию, часть - лишь на иллюстрациях в магических справочниках. Когда отец говорил о них, Мария могла поклясться, на дне зрачков полыхало самое настоящее драконье пламя, а от волнения у него начинал дрожать голос. Неудивительно, что после такого поголовно все дети Караджиале хотели стать драконологами, но поняв тщетность подобных надежд, хотя бы подпольно разводить драконов, подобно тому как отец разводил фестралов.

Однажды отец с Ионом пропали на месяц. Табор, вместо положенных двух недель простоял на одном месте целый месяц, сумев привлечь внимание маглов даже не смотря на все маглоотталкивающие и дезиллюминационные чары, что это практически вылилось в конфликт. Подросшие братья, несмотря на увещевания матери, вместе с ещё парой мальчишек Иона, умудрились встрять в драку, да так, что затем их разыскивали разъярённые отцы побитых маггловских ребят.

Сухой западный ветер пах неприятностями, гоняя пожелтевшие листья Хоя-Бачу по запревшей траве, когда на горизонте появились две фигуры в запыленных плащах. Отец и Ион весьма истощали за время своего длительного отсутствия, а под глазами обоих залегли тёмные, почти чёрные тени. Мария тогда проплакала всю ночь - лицо отца казалось измождённым лицом чужака, покрытым ссадинами и запёкшейся кровью, но никак не лицом родного человека. Наутро отоспавшийся и отъевшийся отец показал им свою драгоценную добычу - несколько ещё совсем мелких, размером едва ли превосходящих куриные, яиц перуанского змеезуба. Яйца были холодными на ощупь, с красивой медной скорлупой, покрытой тонкими чёрными разводами, словно трещинами. Тогда они казались Марии практически драгоценными камнями, блестевшими в свете камина.

Следующие недели отец проводил в "курятнике" - так пренебрежительно Флора называла специальную повозку, что отец соорудил для драконьей кладки и гордо именовал драконьим закутком. Штефан отлучался по сто раз на дню проверить температуру яиц, прыгая, как мальчишка, каждый раз, как ему казалось, он слышал треск скорлупы. Жить с отцом становилось сложнее с каждым днём - он запросто мог провести весь день, убаюкивая кладку, по ночам что-то без конца бормотал во сне, а день, когда из неё наконец вылупились драконы, девушка не забудет никогда. Ей пришлось разделить горечь этого дня с матерью - отец так сильно не радовался даже рождению своей младшей дочери Лауры. Все тяготы помощи малышке и недавно разродившейся и ещё не окрепшей матери легли на плечи Марии, которая к тому времени уже сама носила под сердцем ребёнка, будучи практически на сносях.

Беда не заставила себя долго ждать. Агата и Томаш, всегда радовавшие глаз своим детским задором и смехом, слегли вечером с температурой, а к утру уже покрылись ужасной зелёно-фиолетовой сыпью, приведшей мать в абсолютный ужас - будучи дочерью целителя, она весьма неплохо разбиралась в симптомах. Спустя всего пару дней ещё пять детей общины слегло с теми же симптомами, а к концу недели жертвой заразы стали двадцать пять человек, включая мать Марии. Цино, сообразивший быстрее многих, что к чему, практически силой запер жену дома, опасаясь заразы, и лишь по обрывочным рассказам мужа девушка знала, что Ион послал своего патронуса в соседний табор, прося о помощи.

Противодраконья сыворотка прибыла поздно - у большинства заболевших кожа уже стала болотно-зелёного цвета, и последние силы покидали многих из них. Мария металась по дому, сходя с ума взаперти, не в силах помочь родным людям, каждый раз проклиная мужа, что решительно не пускал её наружу.

Всё кончилось быстро - Мария проснулась от истошных криков и запаха гари. Выйдя на улицу босая и в одной сорочке, она тут же почувствовала кожей жар, доносившийся со склона - зачарованный лес пылал, треща в предсмертной агонии. Люди носились вокруг, и в этом хаосе девушка пыталась найти свою семью.

Родительская повозка стояла ближе всего к лесу, и первое, что смогла разглядеть оцепеневшая от ужаса девушка - отца, стоявшего перед домом на коленях, державшего Лауру в руках и убаюкивавшего её так, словно это не пламя полыхало в паре десятков метров от них, а солнечный блик. Мария кинулась к Штефану, дёргая того за плечо, и тут же отшатнулась, словно пьяная - отец не убаюкивал сестру, он, совершенно обезумев, выл как раненое животное леденящим душу воем, держа свою мёртвую дочь на руках - слабый детский организм не пережил заразы, и маленькое, хрупкое тело сестры уже успело задеревенеть, стеклянным взглядом карих глаз навеки обречённое смотреть в холодную пустоту ночи.
Мария кинулась в дом - там наверняка всё ещё оставались Томаш и Агата. Голоса старших братьев Мария слышала вдалеке - кажется, они пытались потушить чью-то загоревшуюся повозку.

В темноте родительского дома Мария зажгла Люмос, тут же затыкая нос рукой от ужасного смрада, что висел в воздухе густым гноем, и тут же почувствовала, как внутренности словно вывернуло наружу. На родительской кровати, обнимаясь, лежали бездыханные Флора с Агатой, а Томаш заходился в предсмертном хрипе, глядя на старшую сестру тускнеющим взглядом - Мария была готова поклясться, что чувствовала кожей, как последняя искра жизни почти покинула измученное тело Тома. Схватив его на руки, девушка выбежала на улицу, моля о помощи, но её крик утонул в мешанине других. Сырая земля, на которую Мария положила брата, тогда показалась ей мягче пуха. Девушка старательно пыталась припомнить все заклинания, которыми можно было помочь, они сыпались с губ без остановки, а палочка танцевала в руках безумный танец, всполохами заклятий освещая лицо Тома, так же, как и Лаура, глядевшего без страха в небо, но ничего не происходило - ужасные язвы и волдыри не затягивались, и лишь когда какая-то сила рванула Марию вверх, заставляя прийти в себя отрезвляющей вспышкой боли, девушка смогла разобрать слова мужа:
- Он мёртв, Мари, ты ему не поможешь!

Смысл слов Цино доходил, словно через несколько барьеров заглушающих заклинаний - Мария смотрела на него непонимающим взглядом, дрожа всем телом от полного бессилия, чувствуя, как подкашиваются ноги, а окружающий мир уменьшается до крохотной точки, исчезая по спирали в пустоту.

Когда девушка пришла в себя, вокруг было совершенно тихо. Ей казалось, что она слышит даже то, как кровь бежит по собственным венам, но сил подняться не было. Муж зашёл в комнату спустя всего пару минут - явно поставив какое-то сигнальное заклинание на её пробуждение. Цино провёл пальцами по её скуле и внезапно разрыдался, как мальчишка, пряча своё лицо в ладонях. Мария попыталась сесть на кровати, тут же почувствовав, что нечто в ней изменилось - быстрый взгляд вниз, и по телу прошлась ледяная волна ужаса.
- Где мой ребёнок, Цино? Где мой ребёнок!?! - вместо ответа муж помотал головой, тут же прижимая к себе девушку с такой силой, от которой жалобно затрещали кости, но даже этого было мало, чтобы остановить тот взрыв сверхновой, который произошёл в её голове от осознания случившегося. В комнату вошёл кто-то ещё (сквозь пелену слёз было не разобрать ни голоса, ни лица), и спустя пару мгновений всё снова погрузилось во мрак.

Следующие несколько недель девушка помним с трудом - день сменялся днём, ночь ночью. Мария просыпалась, выпивала зелья, которые приносил ей Цино, и практически сразу проваливалась в сон без снов, перемежавшийся редкими попытками мужа заставить её поесть или заговорить. Когда спустя долгие месяцы восстановления девушка спросила, что же случилось той роковой ночью, муж затянулся сигаретой и в бессильной ярости ударил по двери.

Ион, обнаруживший свою младшую дочь мёртвой, совершенно обезумел от горя. Чёртовы драконы, ради которых они с братом добирались на край света и несколько раз чуть не лишились жизни (так сильно Штефану хотелось разводить настоящих драконов), забрали его родную кровь, и потому, в порыве ярости, дядя ринулся в леc к "драконьему загону" и поджёг драконий закуток Адским Пламенем. Цино говорил, что Ион смеялся совершенно безумным смехом, когда братья Караджиале оттаскивали его к стоянке. Адское пламя разгоралось и распространялось слишком быстро, плотоядной змеёй сжирая предложенное ему угощение: зачарованный лес, повозку и прежде всего четырёх молодых драконов, истошно кричавших в ужасе, когда языки пламени слизывали их крепкую, бронированную чешую словно йоркширский пудинг, треща их костями, словно те были сухими деревяшками. Где-то на задворках одурманенной успокоительными зельями памяти, девушка помнила их отчаянный крик - слишком жестокая смерть даже для тех, кто стал причиной смерти очень многих.
Когда огонь перекинулся на ближайшие повозки, многие из заболевших были уже мертвы, в основном те, кто был слишком слаб, чтобы пережить заразу - малые дети, старики, а так же мать Марии, ещё не окрепшая после недавних родов. К тому времени как Цино нашёл жену, из большой семьи Караджиале оставались лишь пятеро вместо девяти.

Девушка выдохнула, проводя пальцами по своему животу, поднимая пустые, выцветшие глаза на мужа с немым вопросом на губах - Анджело. Я назвал его Анджело. Подумал, что так будет... правильно.
Мария кивнула, опускаясь обратно на кровать, чувствуя, словно превратилась в дементора - в груди больше не билось сердце, душа была выкорчевана с корнем, и от неё осталась лишь  пустая телесная оболочка. Пожалуй, если бы в тот миг смеркут опустился на неё своим смертельным саваном, она бы приняла его спасительные объятия с благодарностью.

VII. MIDNIGHT BLUEлето 1916 - зима 1924 года,
Каждая глухая дыра Европы.

После ужасающих событий 1914 года семья Караджиале развалилась - отец, лишившийся рассудка от чувства вины, сжиравшего его заживо изнутри, практически не узнавал своих детей, и, казалось, не вполне осознавал происходящее, бормоча бессвязную бессмыслицу себе под нос. Старшие братья, потерявшие свои семьи в ту ночь в адском огне и лихорадке драконьей оспы, ушли на фронт, даже не попрощавшись, словно виня всех за случившееся. Мария провела долгие месяцы в практически кататонии, не находя в себе сил даже встать с кровати или ответить мужу, который изо всех сил пытался вырвать девушку из непроглядной тьмы безразличия. А на плечи четырнадцатилетнего Марко легла ответственность за отца, по сути сделав его главой семьи Караджиале.

Когда их табор проезжал привычным маршрутом мимо Хоя-Бачу, из зачарованного леса, встречавшего кочевников чёрными пиками обгоревших мёртвых деревьев, то и дело появлялись дементоры - отец рассказывал, что они, подобно грибам, растут на земле, обагрённой человеческой кровью, страданиями и болью. Несколько из них вились, подобно воронам над медленно идущими повозками, то и дело пикируя вниз, пытаясь выцепить хоть одну жертву.
Мария взглянула вверх, видя, как один из них устремился к ней вниз, и тут же подняла палочку отточенным движением, пытаясь сконцентрироваться хоть на обрывке счастливого воспоминания, но из палочки вырвалась только тусклая струйка невнятного дыма. Дементор приблизился к лицу женщины, обдавая её запахом мертвечины, и медлил, словно выжидая, спустя мгновение ринувшись дальше, тут же сталкиваясь в воздухе с тигром, патронусом Цино. Когда муж подошёл к Марии, она смеялась, пряча лицо в ладонях, с которых капали слёзы.

В день, когда Мария сказала мужу о своём решении вопреки всем традициям и устоям уйти из табора, он лишь обречённо выдохнул, покачав головой и прикуривая себе очередную сигарету (дурацкая привычка, перенятая им у какого-то маггловского подельника), ведь решение жены не стало для него громом среди ясного неба.
Отпускать Марию Цино было, наверное, невероятно тяжело. Девушка избегала смотреть мужу в глаза и отворачивала лицо всякий раз, когда он пытался ласково коснуться пальцами её щеки, словно на дне души боясь, что он сможет убедить её остаться. Раны, оставленные в душей пережитой утратой, хоть и затянулись рубцовой тканью, продолжали кровоточить изнутри. Месяц за месяцем Марию преследовали то видения улыбавшейся ей мягкой улыбкой матери, из уголков глаз и губ которой начинала сочиться чёрная кровь. То во снах она видела Агату и Томаша, игравших с подросшей Лаурой, которая на ещё плохо ходящих ногах пыталась поспеть за лукотрусом, и эту весеннюю идиллию сметало Адское пламя. Спустя многие месяцы она всё ещё просыпалась от собственного крика, в холодном поту, практически осязая кожей жар пламени, выжигавшего Анджело из её нутра, вынужденная спать отдельно от мужа, с десятком заглушающих заклинаний, наложенных на стены, двери и окна комнаты.

Мария ушла на рассвете, когда на горизонте ещё только поднималось алое зарево. Обручальное кольцо было оставлено на столе вместе с запиской, написанной неровным почерком: "Постарайся быть счастлив". Из вещей были взяты только любимая куртка Цино, которую он так часто заботливо накидывал жене на плечи, бабушкин фамильный гримуар с заклинаниями и зельями, секрет которых передавался поколениями по женской линии, да жмыр Никс, упрямо следовавший за хозяйкой, невзирая на её тщетные попытки его запереть и оставить с Цино.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

[html]<table style="undefined;table-layout: fixed; height:90px; width: 540px">
<colgroup>
<col style="width: 5px">
<col style="width: 35px; HEIGHT: 100PX" bgcolor="#bebfbf" >
<col style="width: 200px; HEIGHT: 100PX" bgcolor="#bebfbf">
<col style="width: 30px; HEIGHT: 100PX" bgcolor="#bebfbf" >
<col style="width: 8px" bgcolor="#38726f">
</colgroup>
  <tr>
    <td></td>
    <td valign="MIDDLE" align="right"><font color="#38726f">“</font><br></td>
    <td align="justify"><h5><font color="#585e5d"">НЕТ, — БЫСТРО СКАЗАЛ ОН. — ТОЛЬКО НЕ ЭТО. ОСТАТЬСЯ ДРУЗЬЯМИ? РАЗВЕСТИ ОГОРОДИК НА ОСТЫВШЕЙ ЛАВЕ УГАСШИХ ЧУВСТВ? НЕТ, ЭТО НЕ ДЛЯ НАС С ТОБОЙ. ТАК БЫВАЕТ ТОЛЬКО ПОСЛЕ МАЛЕНЬКИХ ИНТРИЖЕК, ДА И ТО ПОЛУЧАЕТСЯ ДОВОЛЬНО ФАЛЬШИВО. ЛЮБОВЬ НЕ ПЯТНАЮТ ДРУЖБОЙ. КОНЕЦ ЕСТЬ КОНЕЦ.</font></h5></td>
    <td valign="MIDDLE" align="left"><font color="#38726f">”</font><br></td>
     <td></td> </tr>
</table>
[/html]

[html]<table style="undefined;table-layout: fixed; width: 540px; height: 100%; font: 1em verdana, arial, helvetica, sans-serif">
<colgroup>
<col style="width: 10px">
<col style="width: 15px" bgcolor="#38726f">
<col style="width: 500px" bgcolor="#bebfbf">
<col style="width: 5px"  bgcolor="#bebfbf">
</colgroup>
  <tr>
    <td></td>
    <td></td>
    <td align="justify"> <br><font color="#2c4143">
Мы изначально совсем не подходили друг другу.<br><br>

Ты был выбран в мужья не мной, а моими родителями, так же как никто не спрашивал твоего мнения, когда в шесть лет ты узнал от своих, что уже посватан на годовалой девчонке из другого табора. Никто не дал нам выбора, когда нас привели в свадебный шатёр, где под выжидательным и молчаливым гнётом всей многочисленной родни, нас вынудили принести друг другу клятвы верности, которые связали нас вместе почище Непреложного Обета. Ты был незнакомцем, с которым мне приходилось каждый день делить кров и каждую ночь постель. Пока однажды, заснув  рядом с чужаком, я не проснулась с родным человеком.<br><br>

Ты всегда был заботливым и терпеливым, выжидая моей готовности наконец сделать первый шаг тебе навстречу, с благородным, непоколебимым спокойствием, излучая уверенность и тепло. Твои сильные руки всегда смыкались вокруг меня защитным кольцом, и казалось, что ни одна беда не сможет настигнуть меня, пока я в твоих объятиях. Порой ты был несгибаемо упрям в наших размолвках, но ни разу не позволил себе повысить голоса или поднять руки, с незыблемой невозмутимостью стоя на своём, пока я наконец раздосадованно не сдавалась. Ты был моей опорой, моей свободой и моим воздухом. Первым, о чем я думала, когда просыпалась, и последним, о чём я думала, засыпая. Каждое утро, перед уходом, ты касался губами моего плеча, и каждую ночь, ты прижимал меня к себе, словно любой день порознь был для тебя такой же мукой, как для меня.<br><br>

Мне казалось, что судьба преподнесла нам двоим самый щедрый подарок, но мы оба даже не подозревали, что спустя пару лет она окончательно отвернётся от нас, превращая наш Эдем на двоих сразу во все девять кругов ада. Адское пламя и драконья хворь выжгли из моей души всё, оставив тебе лишь телесную оболочку, заполненную до краёв болью, отчаянием и горем, до которой тебе не удалось достучаться, сколько бы ты не пытался. Каждый раз, как я поднимала на тебя свои глаза, я видела в твоих чертах нашего сына. У Анджело были бы твои глаза? Твой нос? Скулы? Я почти уверена, что он был твоей маленькой копией. И эти мысли заставляли меня изо дня в день сходить с ума.<br><br>

Я мало что знаю о твоей жизни после моего ухода. Из редких писем Марко я знаю лишь то, что на общем совете тебя выбрали новым баро нашего табора. Это не удивительно - твоя холодная голова, умение продумывать, просчитывать всё наперёд и поразительный талант заботиться о тех, кто тебе дорог делают тебя идеальным главой. И Марко говорит, что у тебя это выходит с невероятной лёгкостью.<br><br>

Я знаю, что ты не смог снова жениться, потому что в глазах нашей общины мы по прежнему женаты, пусть и прожили последние одиннадцать лет порознь. Видит бог - я так часто просила судьбу сжалиться над нами и наконец оборвать мою беспутную жизнь, хоть так подарив тебе свободу, но она лишь смеялась над моей мольбой, раз за разом удерживая на краю за миг от падения. Я полагаю у тебя были другие женщины, и может быть кто-то из них даже подарил тебе ребёнка. Я просила судьбу за тебя, потому что ты заслуживаешь любви и счастья больше всех, кого я знаю. Не бесплодное тело и искорёженную душу, а кого-то, кого не придётся защищать от себя самой, день за днём заново вытягивая из пучины кошмара наяву. <br><br>

Я очень надеюсь, что ты счастлив, Цино. И я очень боюсь снова тебя встретить.<br>
Просто потому, что до сих пор не могу посмотреть тебе в глаза.<br><br></font></td>
    <td></td></tr></table>[/html]

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Учитывая прошлое наших персонажей, в плане игры у нас полностью развязаны руки. Мы можем играть что-то тёплое и неспешное из прошлой семейной жизни с цыганско-кочевым колоритом, кровавую драму трагедии драконьей оспы и пожара, можем играть случайные встречи после нашей разлуки. Мне бы лично хотелось отыграть несколько моментов как минимум:

[1] Мария с отрядом преследуют группу магов, которые занимаются контрабандой артефактов, некоторые из которых, весьма сомнительных свойств. В пылу погони, команда разделяется, и Мария, преследующая одного из преступников в маске, загоняет его в переулок, вынуждая снять маску. Под ней мужчина, которого она не видела уже много лет - Цино. Мария даёт ему уйти, не смотря на то, что это грозит ей большими проблемами, если это вскроется, но считает, что всё равно поступила верно. Перед снятием маски, мы можем отыграть лёгкую боёвку и разнести часть переулка. (Халк Маша крушить, Маша ломать!)

[2] Мария, спустя почти пятнадцать лет возвращается в табор, чтобы закрыть последний вопрос, оставшийся открытым - брак с Цино. В глазах общины Мария и Цино всё ещё являются семьей, и потому ни один из них не может строить свою жизнь дальше. Так как в цыганской общине нет понятия о разводе, на уме у Марии есть решение, которое наверняка дастся трудно обоим, но может дать обоим шанс на счастье в дальнейшем.



[!] Важно
Я ищу персонажа не в свиту себе, и не в качестве поклонника, который будет сидеть и смирно ждать благосклонности в тени. Я не прошу играть историй о вечной любви и лебединой верности, более того, осознаю, что в Мария видит мужа едва ли не святым человеком, поэтому буду только рада, если у игрока получится сделать его более реальным, придав ему больше несовершенства и тёмных граней характера.

Я буду очень за, если игрок придёт на игру со своей парой, так как не навязываю никаких романтических отношений или высокорейтинговых игр, разве что прошу отыграть со мной некоторые моменты [отыгрыш с временным возвращением в табор], которые для моего персонажа являются ключевыми. Поскольку я питаю исключительно нежные чувства к Цино, я готова обеспечить графикой, вниманием, решением практически любых вопросов, что могут возникнуть.

Я играю в достаточно улиточном темпе, готова ждать постов и вдохновения партнёра, поэтому не буду требовать пост каждый день/неделю/месяц. Я никогда не смотрела на объём постов партнёра, ибо для меня главное, чтобы не было воды ради дополнительных символов, поэтому для меня приятны посты любой длины больше 2К символов (ибо в меньшее количество трудно вложить сюжет или смысл, на мой взгляд).

Единственное, о чём бы мне хотелось вас попросить, это чтобы вы не бросали персонажа, если возьмёте, ибо больше всего не люблю отыгрыши начатые и заброшенные, словно надкушенное яблоко, которое оставили гнить.

Я открыта для новых идей и готова внести какие-то изменения в анкету/видение Цино, если у вас есть какие-то идеи на этот счёт.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Марии нравилось Калето - крепость, слившаяся воедино с острыми пиками грозной горы в своеобразном защитном симбиозе. Цыганке претили как душные и тесные дома больших городов, так и роскошные, устремлявшиеся к небу, замки богачей, словно стягивавшиеся петлёй удавки на её нежной шее, не дававшие ей сделать вдох полной грудью, стоило пробыть в них слишком долго. Белоградчик же, в своём восхитительном раздолье и единении с природой, пленил её с первой же минуты, но ни при каких условиях она бы не призналась в этом Краму, надменно и горделиво упомянувшему про сколько-то там поколений его великих предков, которым принадлежал этот замок.

Первые пару недель своего пребывания в замке, Мария не позволяла себе слишком многого - женщина осторожно прощупывала почву, с каждым разом позволяя себе всё больше и больше, словно пытаясь определить границы дозволенного по тому, когда же возникнут проблемы. И если первые дни Арчибальд, сквиб, судя по его дряхлому внешнему виду, прислуживавший семье Крама как минимум пару сотен лет, был с ней любезен и учтив, как с любой другой гостьей хозяина, то в последствии взял на себя роль немого тюремщика. Стоило Марии выйти из своей спальни, как его чуть сутулый силуэт возникал на горизонте - срочно понадобилось в пятый раз за неделю отполировать канделябры в коридоре, словно с этим не могли справиться домовые эльфы, или же деловито проходился метёлкой для пыли по корешкам книг, пока Мария разглядывала древние фолианты в библиотеке Крама, выбирая себе чтиво на ночь. Марии это казалось невероятно забавным, особенно когда удавалось стиснуть что-то из под его носа, и оставить это в самом неподходящем месте - старик не находил себе места, обыскивая весь замок, едва слышно ворча себе что-то нелицеприятное под нос. В этом едва слышном бормотании Мария пару раз явственно слышала "липкие ручонки", "дурная кровь" и "госпожа Ламия была бы в ужасе..".

Кто такая Ламия Мари узнала только спустя три месяца. В одном из длинных коридоров находилась дверь, запечатанная наглухо заклинаниями, с покрывшимся ржавчиной замком - явно в это помещение не заходили месяцами, если не годами. Чтобы вскрыть дверь, девушке понадобилось целых четыре часа, пока Арчибальд был занят устранением потопа - горный родник, в который Мария кинула один из артефактов Бланко, очевидно что-то усиливающий, бил мощным ключом в потолок, заливая кристально чистой и практически ледяной водой нижний этаж замка.
Пока мужчина был занят устранением неполадки, а Крам был в очередном отъезде (к счастью принудительные заседания в аврорате на цыганку не распространялись), Мария была целиком и полностью посвящена своей цели - открыть двери во что бы то ни стало.
Когда все слои магической защиты были сняты словно луковая шелуха, а замок, не реагировавший ни на "Alohomora", ни на целый ряд других заклинаний, поддался обычным отмычкам в отсутствии оригинального ключа, Мария вдохнула с удовольствием, тут же разочарованно выдыхая - комната была возмутительно пуста. В её центре стоял массивный деревянный стол с какой-то картой, выжженной на лакированной столешнице, окружённый резными стульями, а на стене висел сильно поистрепавшийся и выцветший гобелен.
Когда цыганка подошла к гобелену, дёргая его за краешек - с него лавиной посыпалась пыль, заставляя женщину закашляться и обнажая бордовую ткань, исписанную именами - семейное дерево с ветвистыми корнями, уходящее в прошлое так далеко, что Марии казалось, что наверху, под потолком можно отыскать имя самого Мерлина. Она мягко коснулась ткани, чувствуя как под пальцами заискрили сохраняющие заклинания (теперь понятно, почему пыль просто соскользнула с ткани), и провела ими вниз, выискивая имя Данимира. Искать пришлось не долго, и Мария тихо выдохнула, чувствуя как губы сковывает едва ощутимая, грустная улыбка - рядом с именем Мирко стояло ещё одно - Десимир. Всего два месяца прошло. Неуместных вопросов Краму о погибшем в теракте брате Караджиале предпочитала не задавать, уважая его право на скорбь. Пальцы скользнули чуть выше, и наткнулись на другое имя.
Ламией же оказалась мать Данимира (цыганка тут же вспомнила небольшой портрет грустной миловидной дамы, что висел в кабинете Крама) - Так вот кто она ему...

Со следующей такой закрытой комнатой пришлось повозиться куда дольше. Предупреждающие знаки, кажется с сотню заклинаний, спутанных в единую защитную паутину, замки, засовы - всё просто кричало то том, чтобы любой проходивший мимо - проходил мимо ещё быстрее, но это лишь больше распаляло Марию. Если судить по степени защиты, то в этом помещении должны были храниться как минимум все золотые запасы древнего семейства, хотя Караджиале надеялась на что-то поинтереснее, чем просто горы золотых слитков или фамильных драгоценностей. Каково же было её разочарование, когда после недели распутывания этих магических головоломок, дверь подалась, открывая её взору... ванную комнату. Пустую, пыльную ванную комнату. Цыганка нахмурилась, тут же чувствуя прилив энергии любопытства, как взгляд наткнулся на туалетный столик, уставленный разнообразными флаконами. Большая часть из них была пуста, в некоторых находились зелья, явно бывшие когда-то косметическими. Пожалуй, если бы сейчас кто рискнул намазать что-то похожее на молодильный крем на лицо, этот "крем" прожёг бы кожу до самой кости.
- М-да, негустой улов.. Ни сокровищ, ни чудовищ...

Мария уже было собиралась покинуть помещение, разочарованная своей находкой, как внезапная идея иглой прошила её сознание. Данная ванная была едва ли не в три раза больше её собственной. Огромное панорамное окно, украшенное витражом, так чарующе блестело в солнечных лучах, окрашивая комнату в калейдоскоп цветов, танцевавших по стенам и плавившихся воедино в этом танце. Несколько взмахов палочки, и пыль собралась внушительной горкой в тёмном углу ванной - не так чисто и хорошо, как было бы после трудолюбивых рук домашних эльфов, но комната уже преобразилась. Мария закрыла глаза, упираясь левой рукой в бок, постукивая в задумчивости палочкой, цепко зажатой пальцами правой руки, себе по плечу, припоминая заклинания, которыми мать пользовалась чаще всего. Марии потребовался ещё час, чтобы оттереть заклинаниями пятна с многочисленных кранов и труб, собрать испорченные зелья в кучу, оставив на столике только те, срок годности которых, видимо, исчислялся столетиями, и довольно выдохнула, быстрым "Эванеско" убирая ненужный мусор. Ванная практически сияла чистотой, и была отличной заменой её удобствам, без намёка на окно или подобную роскошь убранства.

Женщина включила воду, с удовольствием отмечая, что проблем с чистотой воды или исправностью кранов или труб не наблюдается - огромная, размером с всю её ванную комнату, ванная быстро наполнялась водой. Мария легко повела палочкой произнося "Volitare", заставившееся зажжённые свечи парить в воздухе, освещая комнату, погружавшуюся во мрак, стоило только солнцу завалиться за близлежащую гору.
Из одного из маленьких кранов, расположенных слева от входа, лилось чистейшее розовое масло, а второй порадовал мыльным зельем с тонким запахом пиона, заставившее женщину почти застонать от удовольствия. Смешав это всё воедино и вылив в набиравшуюся ванную, цыганка подошла к двери, прислушиваясь. Арчибальд, всё ещё был занят устранением засилья чизпурфлов, вылезших на поверхность у северных ворот, чью спячку потревожил жмыр Марии Никс, считавший, что ловля этих мелких, мерзких паразитов вполне неплохое развлечение для почти разумных существ, вроде него и Арчибальда
- Вот и славненько. Меня никто не потревожит - ухмылка легла на губы девушки, и волшебница, лёгким росчерком палочки, вернула двери в первозданный вид - они снова были словно надёжно закрыты снаружи на все засовы, а два белых мраморных грифона у двери резко расправили крылья, закрывая двери изнутри на засовы своих перьев. Попробовав парочку отпирающих заклинаний, и наложив на двери  заглушающее (не выдавать же своё найденное тайное логово другим постояльцам замка) цыганка осталась довольна.

Тёплая вода ласкала кожу женщины, позволяя ей наконец расслабиться после тяжёлой недели. Крам, кажется, собрался вбить в неё весь долголетний аврорский курс в кратчайшие сроки, не давая спуска и передышки, заставляя оттачивать заклинания раз за разом, пока от усталости не начинали нестерпимо ломить запястья. Подобные тренировки были необходимы, это ведьма понимала более чем хорошо и даже не пыталась спорить, однако такая интенсивность забирала все силы, да и общение с Крамом, который словно делал ей одолжение находясь рядом (можно подумать это был её выбор), постоянно выглядел хмурым и недовольным, даже когда Мария делала заметные успехи. Ничего из того, что у неё выходило, не могло стереть это брезгливое выражение с его сурового, но всё же красивого лица.
- Мантикору тебе в койку, Крам! - Мария недовольно стукнула ладонью по бугорку пены, проплывавшему рядом по радужной от эфирного масла воде, и нырнула под воду, позволяя той своими невидимыми пальцами пройтись по волосам, лаская их у самых корней, выныривая, чувствуя как вода смывает усталость дня со смуглой кожи. Мелкие шрамы, обычно белыми нитками сиявшие на коже, порозовели и набухли, заставляя женщину провести по некоторым из них пальцами - несколько на груди, парочка на животе и бёдрах, вспоминая все те передряги, в которых они получены. Срикошетившие заклятия, проклятые драгоценности, укусы животных - под грудью, у одного из рёбер всё ещё красовались четыре полосы поярче, оставшиеся от зубов фестрала, учуявшего кровь и попытавшегося её укусить, когда раненная ведьма пыталась аппарировать из какой-то конюшни при замке в Трансильвании, экспроприировав у законного владельца, заказанный очень щедрым клиентом, фолиант, от которого так и веяло чем-то нехорошим.
Внезапно, волоски на шее встали дыбом - Мария спиной почувствовала, что на неё кто-то смотрит, и медленно, плавно, что-то напевая себе под нос, подалась вперёд, словно продолжая плавать, тут же хватая палочку с бортика, резко разворачиваясь в воде, на изготовку. В комнате никого не было, и единственным звуком в тишине, стало журчание воды, продолжавшей литься тонкой струйкой из крана. Цыганка нахмурилась, прислушиваясь, и ей на миг показалось, что она слышит своё имя и глухие удары, но даже прислушавшись - не удалось разобрать ничего чёткого.
Воображение разыгралось. Наивная дурёха.. - женщина фыркнула, возвращая палочку на бортик ванной, передёргивая недовольно плечами, старясь прогнать мурашки страха, покрывшие её тело - Никого тут нет, сюда уже много лет никто не заходил, так что разве что здесь завёлся ипопаточник или какие бундимуны. У Крамов они, видать, заместо фамилиаров.

Напряжённое тело постепенно расслаблялось, под мягкими пальцами, любовно растиравшими розовое масло по чувствительной, зарозовевшей коже, и женщина довольно выдохнула. Внезапно что-то резко дёрнуло её вниз в воду, схватив за лодыжку, которую тут же пронзил укус острых зубов. Мысли в голове смешались от ужаса, а все попытки стряхнуть неизвестного монстра (в полной пузырьков воде чудовище было не разглядеть) провалились. Ледяная волна ужаса затопила сознание волшебницы, когда она поняла, что её отчаянный крик под водой не будет услышан из-за заглушающих заклятий, а палочка осталась на бортике в ванной, в такой близости, и всё же не досягаемая для пальцев, отчаянно сжимавшихся в воде.

❖ СВЯЗЬ
Гостевая, ЛС
Затем ВК, если удобно

+1

14


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

МАРКО КАРАДЖИАЛЕ
ВОРОВАТАЯ ЦЫГАНКА НА СТРАЖЕ ДОБРАРАЗЫСКИВАЕТ ГОРЯЧО ЛЮБИМОГО МЛАДШЕГО БРАТА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://78.media.tumblr.com/235cd7e17b1b67aaa2d2fe00a5b043e5/tumblr_okz3i6jQvA1v5hpbro1_500.gif

Bob Morley

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ Марко родился в 1901 году и был четвёртым из семи детей Флорентины и Штефана Караджиале.

Твоя семья

- Штефан Караджиале - отец, 62 года, волшебник цыганской крови, занимавшийся разведением волшебных животных, до трагических событий 1914 года.
- Флорентина Караджиале (в девичестве Астольфи) † - мать, умерла в возрасте 45 лет от драконьей оспы.
- Лука Караджиале - старший брат, 42 года, пропал без вести на войне, предположительно погиб.
- Эмилиан Караджиале - старший брат, 41 год, пропал без вести на войне, предположительно погиб.
- Мария Караджиале (в замужестве Ионеску) - старшая сестра, после пожара ушла из табора, поддерживает связь с Марко через письма.
- Агата Караджиале † - младшая сестра, погибла в возрасте 8 лет от драконьей оспы 
- Тамаш Караджиале † - младший брат, погиб в возрасте 6 лет от драконьей оспы
- Лаура Караджиале † - младшая сестра, погибла в возрасте 4 месяцев от драконьей оспы
- Ион Караджиале - дядя, 67 лет, волшебник цыганской крови, бывший баро табора, вместе с выжившими сыновьями и Цино занимается различной контрабандой.
- Цино Ионеску - сват, 35 лет, волшебник цыганской крови. Присоединился к табору и бизнесу Иона, а затем, после трагических событий, сменил его на посту баро табора.
- Анджело Ионеску † - племянник, родился мёртвым.

❖ Рос активным ребёнком, частенько проказничая и встревая в неприятности. В силу большой разницы в возрасте, мало общался со старшими братьями - Лукой и Эмилианом, и в силу отсутствия общих интересов мало занимался младшими детьми - Агатой, Тамашем и Лаурой. Наиболее близкие отношения имел с Марией, сестрой, которая была на 5 лет его старше.

❖ Когда Марко было 12, в таборе вспыхнула эпидемия драконьей оспы, из-за перуанских драконов, что ещё яйцами его отец привёз в табор. Дядя Марко Ион уничтожил детёнышей драконов адским пламенем, однако пожар быстро перекинулся на стоянку табора. В ту ночь Марко потерял мать и младших брата и сестёр. Старшие же, так же потерявшие свои семьи, через пару дней ушли на фронт, сделав Марко де-факто главой семьи. Отец, осознав свою вину, обезумел от горя, и в данный момент находится на попечении Марко. Мария, потерявшая ребёнка, долгое время была замкнута в себе и практически не общалась ни с кем, включая брата, поэтому когда она ушла из табора, Марко мог испытать облегчение, хоть и поддерживает общение с сестрой через письма.

❖ Марко, вместе с мужем Марии начал заниматься семейным делом - контрабандой, не гнушаясь ни тёмными артефактами, ни запрещёнными зельями, ни фантастическими тварями, находящимися под запретом для ввоза в большинстве стран старого света. Заниматься, к слову сказать, весьма ловко и успешно, раз долгое время не попадал в поле зрения авроров.

❖ В 1924 году таки попался с поличным французскому аврорату, попытавшись провезти в Европу контрабандой громовую птицу с целой кладкой. Спустя пару недель был выпущен на волю с формулировкой "задержание, не соответствовавшее процессуальным требованиям". Марко не знает, что ради его свободы Мария согласилась сотрудничать с шпионской организацией, гарантировавшей ей свободу брата в случае сотрудничества.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

[html]<table style="undefined;table-layout: fixed; width: 540px; height: 100%; font: 1em verdana, arial, helvetica, sans-serif">
<colgroup>
<col style="width: 10px">
<col style="width: 15px" bgcolor="#07706a">
<col style="width: 500px" bgcolor="#b5b7b7">
<col style="width: 5px"  bgcolor="#b5b7b7">
</colgroup>
  <tr>
    <td></td>
    <td></td>
    <td align="justify"> <br><font color="#2c4143">
Мой милый Марко. Мой сильный Марко. <br><br>

Между нами всего четыре года разницы, но она всегда почему-то казалась мне огромной.
Старшие братья частенько, хоть и беззлобно, задирали меня, бахвалясь и рисуясь перед друг другом, и только ты кидался защищать меня, не обращая внимания на то, что ты в меньшинстве и намного младше. Ты всегда был на моей стороне, и даже позволял себе спорить с отцом, когда тот отчитывал меня за перекипевший суп или пересоленное рагу, или же утешал меня, смазывая заживляющими зельями стесанные колени, укусы от магических тварей, или просто гладил по голове в те дни, когда мне казалось, что весь мир ополчился против меня.<br><br>

По меркам обычных волшебников, мне рано пришлось повзрослеть, став женой Цино, и больше заниматься бытом, строя свою семью, и моя душа горела от осознания, что жизнь растаскивает, растягивает нас по разным углам. Ты уже не так часто заходил меня проведать, превращаясь из щуплого мальчишки в молодого человека, потирая руки в предвкушения знакомства с собственной невестой. <br><br>

Когда в таборе разразилась эпидемия драконьей чумы, хворь чуть не забрала и тебя у меня, спасло лишь только то, что заболел ты позже всех, и к моменту, как появились симптомы, присланное нам лекарство уже было доступно каждому. Но после пожара и хвори, когда Лука и Эмиль покинули общину, оборвав с нами все связи, тебе пришлось взять на себя ответственность за семью. Вместо пышной свадьбы и хорошенькой невесты, тебе выпал дурной жребий от судьбы - отец со слабоумием, сестра, от которой осталась только тень, и лишь свояк поддерживал тебя в это время, помогая тринадцатилетнему мальчишке встать на ноги и стать главой семьи Караджиале.<br><br>

Я чувствую вину перед тобой, снедавшую меня до тех пор, пока Крам не дал мне возможность искупить её хоть частично. Вот уж не знаю, Ион ли тебя втянул в своё контрабандное дело, или уже Цино, но на одной из подобных доставок ты попался с поличным - авроры накрыли твою временную стоянку, получив в свои цепкие лапы как несостоявшегося (по крайней мере они так сочли) браконьера, с громовой птицей, отложившей кладку и охранявшую её ото всех и тебя в первую очередь с невероятной яростью.<br><br>

Когда передо мной положили бумагу, возвещавшую о том, что за мою лояльность МРАКу, все обвинения с тебя будут сняты, а сам ты будешь выпущен на волю из казематов аврората, я едва сдерживалась, чтобы не выдать того облегчения, что принесла мне размашистая подпись на бумаге. В своих письмах, что твоя сова изредка приносит ко мне, ты ссылался на "процессуальную ошибку при задержании", бравируя тем, как ловко выкрутился из рук правосудия, а я лишь горько улыбалась, не смея сказать тебе, что это стоило мне свободы.<br><br>

Я надеюсь, что ты будешь впредь аккуратнее и ловчее, словно Феликс фелицис течёт у тебя в крови, ведь я знаю, что ты никогда не изменишься и не променяешь вольную жизнь, азарт и свободу на привычный волшебникам  традиционный уклад жизни. Я лишь надеюсь, что ты больше не попадёшься им в руки. Просто потому, что мне больше будет нечего им предложить взмен.
<br><br></font></td>
    <td></td></tr></table>[/html]

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я играю в достаточно улиточном темпе, поэтому готова ждать постов и вдохновения не требуя постов каждый день/неделю/месяц. Я никогда не смотрела на объём постов партнёра, ибо для меня главное, чтобы не было воды ради дополнительных символов, поэтому для меня приятны посты любой длины больше 2К символов (ибо в меньшее количество трудно вложить сюжет или смысл, на мой взгляд).

Единственное, о чём бы мне хотелось вас попросить, это чтобы вы не бросали персонажа, если возьмёте, ибо больше всего не люблю отыгрыши начатые и заброшенные, словно надкушенное яблоко, которое оставили гнить.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Марии нравилось Калето - крепость, слившаяся воедино с острыми пиками грозной горы в своеобразном защитном симбиозе. Цыганке претили как душные и тесные дома больших городов, так и роскошные, устремлявшиеся к небу, замки богачей, словно стягивавшиеся петлёй удавки на её нежной шее, не дававшие ей сделать вдох полной грудью, стоило пробыть в них слишком долго. Белоградчик же, в своём восхитительном раздолье и единении с природой, пленил её с первой же минуты, но ни при каких условиях она бы не призналась в этом Краму, надменно и горделиво упомянувшему про сколько-то там поколений его великих предков, которым принадлежал этот замок.

Первые пару недель своего пребывания в замке, Мария не позволяла себе слишком многого - женщина осторожно прощупывала почву, с каждым разом позволяя себе всё больше и больше, словно пытаясь определить границы дозволенного по тому, когда же возникнут проблемы. И если первые дни Арчибальд, сквиб, судя по его дряхлому внешнему виду, прислуживавший семье Крама как минимум пару сотен лет, был с ней любезен и учтив, как с любой другой гостьей хозяина, то в последствии взял на себя роль немого тюремщика. Стоило Марии выйти из своей спальни, как его чуть сутулый силуэт возникал на горизонте - срочно понадобилось в пятый раз за неделю отполировать канделябры в коридоре, словно с этим не могли справиться домовые эльфы, или же деловито проходился метёлкой для пыли по корешкам книг, пока Мария разглядывала древние фолианты в библиотеке Крама, выбирая себе чтиво на ночь. Марии это казалось невероятно забавным, особенно когда удавалось стиснуть что-то из под его носа, и оставить это в самом неподходящем месте - старик не находил себе места, обыскивая весь замок, едва слышно ворча себе что-то нелицеприятное под нос. В этом едва слышном бормотании Мария пару раз явственно слышала "липкие ручонки", "дурная кровь" и "госпожа Ламия была бы в ужасе..".

Кто такая Ламия Мари узнала только спустя три месяца. В одном из длинных коридоров находилась дверь, запечатанная наглухо заклинаниями, с покрывшимся ржавчиной замком - явно в это помещение не заходили месяцами, если не годами. Чтобы вскрыть дверь, девушке понадобилось целых четыре часа, пока Арчибальд был занят устранением потопа - горный родник, в который Мария кинула один из артефактов Бланко, очевидно что-то усиливающий, бил мощным ключом в потолок, заливая кристально чистой и практически ледяной водой нижний этаж замка.
Пока мужчина был занят устранением неполадки, а Крам был в очередном отъезде (к счастью принудительные заседания в аврорате на цыганку не распространялись), Мария была целиком и полностью посвящена своей цели - открыть двери во что бы то ни стало.
Когда все слои магической защиты были сняты словно луковая шелуха, а замок, не реагировавший ни на "Alohomora", ни на целый ряд других заклинаний, поддался обычным отмычкам в отсутствии оригинального ключа, Мария вдохнула с удовольствием, тут же разочарованно выдыхая - комната была возмутительно пуста. В её центре стоял массивный деревянный стол с какой-то картой, выжженной на лакированной столешнице, окружённый резными стульями, а на стене висел сильно поистрепавшийся и выцветший гобелен.
Когда цыганка подошла к гобелену, дёргая его за краешек - с него лавиной посыпалась пыль, заставляя женщину закашляться и обнажая бордовую ткань, исписанную именами - семейное дерево с ветвистыми корнями, уходящее в прошлое так далеко, что Марии казалось, что наверху, под потолком можно отыскать имя самого Мерлина. Она мягко коснулась ткани, чувствуя как под пальцами заискрили сохраняющие заклинания (теперь понятно, почему пыль просто соскользнула с ткани), и провела ими вниз, выискивая имя Данимира. Искать пришлось не долго, и Мария тихо выдохнула, чувствуя как губы сковывает едва ощутимая, грустная улыбка - рядом с именем Мирко стояло ещё одно - Десимир. Всего два месяца прошло. Неуместных вопросов Краму о погибшем в теракте брате Караджиале предпочитала не задавать, уважая его право на скорбь. Пальцы скользнули чуть выше, и наткнулись на другое имя.
Ламией же оказалась мать Данимира (цыганка тут же вспомнила небольшой портрет грустной миловидной дамы, что висел в кабинете Крама) - Так вот кто она ему...

Со следующей такой закрытой комнатой пришлось повозиться куда дольше. Предупреждающие знаки, кажется с сотню заклинаний, спутанных в единую защитную паутину, замки, засовы - всё просто кричало то том, чтобы любой проходивший мимо - проходил мимо ещё быстрее, но это лишь больше распаляло Марию. Если судить по степени защиты, то в этом помещении должны были храниться как минимум все золотые запасы древнего семейства, хотя Караджиале надеялась на что-то поинтереснее, чем просто горы золотых слитков или фамильных драгоценностей. Каково же было её разочарование, когда после недели распутывания этих магических головоломок, дверь подалась, открывая её взору... ванную комнату. Пустую, пыльную ванную комнату. Цыганка нахмурилась, тут же чувствуя прилив энергии любопытства, как взгляд наткнулся на туалетный столик, уставленный разнообразными флаконами. Большая часть из них была пуста, в некоторых находились зелья, явно бывшие когда-то косметическими. Пожалуй, если бы сейчас кто рискнул намазать что-то похожее на молодильный крем на лицо, этот "крем" прожёг бы кожу до самой кости.
- М-да, негустой улов.. Ни сокровищ, ни чудовищ...

Мария уже было собиралась покинуть помещение, разочарованная своей находкой, как внезапная идея иглой прошила её сознание. Данная ванная была едва ли не в три раза больше её собственной. Огромное панорамное окно, украшенное витражом, так чарующе блестело в солнечных лучах, окрашивая комнату в калейдоскоп цветов, танцевавших по стенам и плавившихся воедино в этом танце. Несколько взмахов палочки, и пыль собралась внушительной горкой в тёмном углу ванной - не так чисто и хорошо, как было бы после трудолюбивых рук домашних эльфов, но комната уже преобразилась. Мария закрыла глаза, упираясь левой рукой в бок, постукивая в задумчивости палочкой, цепко зажатой пальцами правой руки, себе по плечу, припоминая заклинания, которыми мать пользовалась чаще всего. Марии потребовался ещё час, чтобы оттереть заклинаниями пятна с многочисленных кранов и труб, собрать испорченные зелья в кучу, оставив на столике только те, срок годности которых, видимо, исчислялся столетиями, и довольно выдохнула, быстрым "Эванеско" убирая ненужный мусор. Ванная практически сияла чистотой, и была отличной заменой её удобствам, без намёка на окно или подобную роскошь убранства.

Женщина включила воду, с удовольствием отмечая, что проблем с чистотой воды или исправностью кранов или труб не наблюдается - огромная, размером с всю её ванную комнату, ванная быстро наполнялась водой. Мария легко повела палочкой произнося "Volitare", заставившееся зажжённые свечи парить в воздухе, освещая комнату, погружавшуюся во мрак, стоило только солнцу завалиться за близлежащую гору.
Из одного из маленьких кранов, расположенных слева от входа, лилось чистейшее розовое масло, а второй порадовал мыльным зельем с тонким запахом пиона, заставившее женщину почти застонать от удовольствия. Смешав это всё воедино и вылив в набиравшуюся ванную, цыганка подошла к двери, прислушиваясь. Арчибальд, всё ещё был занят устранением засилья чизпурфлов, вылезших на поверхность у северных ворот, чью спячку потревожил жмыр Марии Никс, считавший, что ловля этих мелких, мерзких паразитов вполне неплохое развлечение для почти разумных существ, вроде него и Арчибальда
- Вот и славненько. Меня никто не потревожит - ухмылка легла на губы девушки, и волшебница, лёгким росчерком палочки, вернула двери в первозданный вид - они снова были словно надёжно закрыты снаружи на все засовы, а два белых мраморных грифона у двери резко расправили крылья, закрывая двери изнутри на засовы своих перьев. Попробовав парочку отпирающих заклинаний, и наложив на двери  заглушающее (не выдавать же своё найденное тайное логово другим постояльцам замка) цыганка осталась довольна.

Тёплая вода ласкала кожу женщины, позволяя ей наконец расслабиться после тяжёлой недели. Крам, кажется, собрался вбить в неё весь долголетний аврорский курс в кратчайшие сроки, не давая спуска и передышки, заставляя оттачивать заклинания раз за разом, пока от усталости не начинали нестерпимо ломить запястья. Подобные тренировки были необходимы, это ведьма понимала более чем хорошо и даже не пыталась спорить, однако такая интенсивность забирала все силы, да и общение с Крамом, который словно делал ей одолжение находясь рядом (можно подумать это был её выбор), постоянно выглядел хмурым и недовольным, даже когда Мария делала заметные успехи. Ничего из того, что у неё выходило, не могло стереть это брезгливое выражение с его сурового, но всё же красивого лица.
- Мантикору тебе в койку, Крам! - Мария недовольно стукнула ладонью по бугорку пены, проплывавшему рядом по радужной от эфирного масла воде, и нырнула под воду, позволяя той своими невидимыми пальцами пройтись по волосам, лаская их у самых корней, выныривая, чувствуя как вода смывает усталость дня со смуглой кожи. Мелкие шрамы, обычно белыми нитками сиявшие на коже, порозовели и набухли, заставляя женщину провести по некоторым из них пальцами - несколько на груди, парочка на животе и бёдрах, вспоминая все те передряги, в которых они получены. Срикошетившие заклятия, проклятые драгоценности, укусы животных - под грудью, у одного из рёбер всё ещё красовались четыре полосы поярче, оставшиеся от зубов фестрала, учуявшего кровь и попытавшегося её укусить, когда раненная ведьма пыталась аппарировать из какой-то конюшни при замке в Трансильвании, экспроприировав у законного владельца, заказанный очень щедрым клиентом, фолиант, от которого так и веяло чем-то нехорошим.
Внезапно, волоски на шее встали дыбом - Мария спиной почувствовала, что на неё кто-то смотрит, и медленно, плавно, что-то напевая себе под нос, подалась вперёд, словно продолжая плавать, тут же хватая палочку с бортика, резко разворачиваясь в воде, на изготовку. В комнате никого не было, и единственным звуком в тишине, стало журчание воды, продолжавшей литься тонкой струйкой из крана. Цыганка нахмурилась, прислушиваясь, и ей на миг показалось, что она слышит своё имя и глухие удары, но даже прислушавшись - не удалось разобрать ничего чёткого.
Воображение разыгралось. Наивная дурёха.. - женщина фыркнула, возвращая палочку на бортик ванной, передёргивая недовольно плечами, старясь прогнать мурашки страха, покрывшие её тело - Никого тут нет, сюда уже много лет никто не заходил, так что разве что здесь завёлся ипопаточник или какие бундимуны. У Крамов они, видать, заместо фамилиаров.

Напряжённое тело постепенно расслаблялось, под мягкими пальцами, любовно растиравшими розовое масло по чувствительной, зарозовевшей коже, и женщина довольно выдохнула. Внезапно что-то резко дёрнуло её вниз в воду, схватив за лодыжку, которую тут же пронзил укус острых зубов. Мысли в голове смешались от ужаса, а все попытки стряхнуть неизвестного монстра (в полной пузырьков воде чудовище было не разглядеть) провалились. Ледяная волна ужаса затопила сознание волшебницы, когда она поняла, что её отчаянный крик под водой не будет услышан из-за заглушающих заклятий, а палочка осталась на бортике в ванной, в такой близости, и всё же не досягаемая для пальцев, отчаянно сжимавшихся в воде.

❖ СВЯЗЬ
Гостевая, ЛС
Затем ВК, если удобно

+3

15


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

БОЙКА ПРОЙНОВА
РУМЫНСКИЙ СЖИГАТЕЛЬ КНИГРАЗЫСКИВАЕТ БОЛГАРСКУЮ ЧЕРНОКНИЖНИЦУ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://i.pinimg.com/originals/0f/0e/99/0f0e99945297c38ce542e90887680b43.gif https://78.media.tumblr.com/edd5e4ef8796c9709530d2af2cdb66ea/tumblr_ondocgpF5q1qal0zgo9_250.gif


aubrey plaza


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Как женщины преодолевают неравенство полов в наше несправедливое время? У каждой свои способы, и Бойка выбрала превосходство по всем фронтам. Не отличаясь особой красотой, девушка привлекала внимание иным взглядом на жизнь, хамоватой вседозволенностью, наглостью, можно даже сказать, сумасшествием. Ее идеи казались невозможными для тех, кто не соглашался со взглядами Пройновой на магию. Ей же всегда казалось, что оружие может дать ей все.
И зачем? Какова цель Бойки? Она не раскрывает своих секретов до конца, пусть мир думает, будто ей нужна власть, будто ей нужны границы магии, будто ей нужна сила... Истина сокрыта где-то посередине.
Ее известная история начинает в Русе, небольшом городе на границе Румынии и Болгарии, где она вместе со своими приспешниками использовала подземелья Собора Святого Павла Креста для хранения созданных ими артефактов. Чернокнижники смогли наделить письмена в книгах силой, способной пробудить в человеке саму ярость, агрессию. И спрятать это зло они смогли в книги с обложками из человеческой кожи. Естественно, кожа снималась ими с несчастной жертвы собственноручно, на последних ее вздохах.
Но чернокнижники были пойманы болгарским авроратом еще до того, как черная сила вышла наружу. Их упекли в темницы до разбирательств, однако приспешники Гриндевальда освободили их. А Бойка с удовольствием принялась разыскивать вора и виновника ее заключения.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Петер Дюнкле и два его спутника нашли храм чернокнижников Бойки и указали на него аврорату. Но не во имя добра и справедливости, а чтобы украсть их книги. Бойка же в свою очередь прекрасно знала, как можно отыскать книги и, когда ее освободили, быстро вычислила вора. В ее фантазиях уже скрывались самые безжалостные кары для троицы волшебников, когда они только планировали нападение...

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

В общем-то я могу дать вам только образ и историю столкновения, а все остальное, то есть почти весь персонаж, за тем, кто решится ее взять. Все планы на игру будут раскрыты уже после регистрации, поскольку уходят в будущее и зависят от нескольких персонажей. Да, для моего персонажа это будет большая история! Как и для Бойки. Ненависть до гроба прилагается.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Люди тащат за собой свои тени, которые увеличиваются с падением солнца к горизонту. Они тащат за собой свою историю, мотивы, планы на будущее. В глазах наблюдателя это все мусор. Тени играют большую роль в этом представлении, а не какие-то планы в записных книжках или мечты в головах, столь малых и столь скупых для восприятия этого мира, что им просто не дано стать чем-то большим. Совокупность событий, которая называется случайностями, на самом деле называется судьбой, которую уже невозможно изменить. И если встреча произошла, то зачем-то она все же произошла, а за ней, значит, последует что-то еще.

Глядя на указатель, без которого Петер и так хорошо знает, в каком направлении Бухарест и как долго до него по магловским меркам можно добраться, он набирается сил, чтобы просто понять, зачем нужна эта встреча. Что хочет в этот раз ему сказать судьба? Была ли его мюнхенская госпитализация предупреждением, которым он воспользовался, чтобы не вскрывать карты раньше времени? Ведь все не может быть просто скопищем случайностей. Тогда бы он за ту секунду, что видел брата в коридоре Калето, не вытянул из вороха скомканных записок Русе и не угадал в синем пятне чернил на углу, что это тот самый храм, который Франк поставил на слежку. Его лицо не дрогнуло — не выдало мыслей, чувств, порывов, эмоций. Но рука все равно дрогнула, навязав Милошу Калгори еще одну встречу, гораздо более продолжительную и гораздо более уединенную, чем мгновение возле кабинета Крама.

Это слабость. Непозволительная промашка, сделанная как уступка памяти, в которой теснятся семнадцать лет жизни с еще одним именем в нагрудном кармане, которое постепенно опадает ближе к сердцу. И в конце карман вырывается. Грязно. С нитками, торчащими во все стороны. С дырами на рубашке. Но лишь бы ничего больше не напоминало о том, что это имя там хранилось. Новый карман пришивается шелковыми нитками, но игла часто не попадает в те же отверстия, и оставляет болезненные пустоты незаполненными.

В этих пустотах что-то скребется. Зовет. Именно оно дернуло руку и быстро сплело формулу заклинания перемещения. Именно оно выписало вопрос «Как он смог сбежать из Брана?» Это все оно, а вовсе не Петер Дюнкле, который просто прошел мимо, обозленный на МРАК и в частности на слишком подозрительного шефа этой организации.

От указателя до храма не так далеко, и Петер точно знает, что все-таки, спустя несколько дней Милош все-таки прошелся под этими сводами. Серебряный лев голосом Франка сказал ему об этом даже слишком равнодушно. Не то чтобы румын ждал этого сообщения, хотя несколько раз все-таки переспрашивал затаившегося на севере Болгарии помощника о том, как поживает Павел. Не придет, значит, не придет. Значит, Дюнкле понял все правильно, вычеркнув каждое слово возле фамилии Калгори, а в конце просто спалив ее вместе с отцом. Ему ведь так не нравилось, что Петер жжет книги.

Каким-то образом надо все-таки войти в собор. Каким? Ногами, вестимо. Это логично и в общем-то не имеет никакого особо смысла, который нужно читать между слов. Нужно подняться на колокольню, не сомневаясь в своих шагах. Ветер свистит на лестнице, разбрасывая холод и перехватывая дыхание волшебника. Он закрывается воротником красной мантии, но закрыть свистящие дыры в левых ребрах ему не удается.

Запах сигарет настораживает, и Петер даже в первую секунду думает, что Франц ошибся, но по голосу спокойно узнает Милоша. Плечи от этого не расслабляются, но ощущение, что все идет по задуманному плану, дарит силы, чтобы сохранять лицо.

Я начал седеть еще в Бране. Впрочем, тогда это последнее, над чем стоило бы задуматься, — холодно замечает Дюнкле, все еще сверля взглядом разложенные окурки. У каждого своя слабость, которую придумал маглвоский мир. Этот треклятый мусор умеет выдумывать только цепи, чтобы ограничивать. Но это тоже люди, и они достойны жизни.

Да, наверное здесь красиво, — уклончиво замечает Петер. — Здесь в подвальном помещении болгарские чернокнижники прятали книги с обложками из человеческой кожи. Их недавно взяли авроры местного правительства. Маленькое дело. Вашему шефу оно даже на глаза не попадалось.

Историческую справку Петер дает скупо, опустив воротник и сложив руки за спиной, все еще качаясь на грани между площадкой и последней ступенью, ведущей наверх. Его не интересует момент строительства этого относительно нового собора и как много он значит для границы между Румынией и Болгарией. Их здесь держали книги и люди, которые их собирали и писали. Подобный вид собирательства вызывал у Дюнкле тошноту.

А ты нашел себе новый замок, воспользовался Гриндевальдом так, как он даже не мог подозревать, и приобрел вредную привычку, о которой когда-нибудь пожалеешь. Мы не достаточно посоревновались в наблюдательности или можно продолжить в другой октаве? — от лестницы Петер не видит лица Милоша, но это не его прихоть, а брата, который на него не оборачивается. Против зимнего неба слабый на глаза румын бы все равно не смог разглядеть ту самую эмоции, которую ему удобнее всего было бы трактовать как равнодушие. — Твой побег из Брана затянулся, надо сказать.

❖ СВЯЗЬ через лс или скайп avantena

+4


Вы здесь » Fantastic Beasts: Obscurial » Стандартная книга заклинаний » ❖ Accio | Нужные персонажи